Невозможность национального освобождения

Именно объективное развитие мирового
рынка сделало подлинную национально
– освободительную борьбу невозможной
в нашу эпоху. Капиталистическая система
зашла в исторический тупик. Обобществив
производительные силы на беспрецедентном
уровне, объединив мировую экономику
больше, чем какой – либо исторический
способ производства прежде, капитал
достиг точки, когда противоречия,
присущие его способу производства,
препятствуют завершению этого
объединения. Движение капитала сделало
всемирную людскую общность возможной
реальностью, но реализация этой
возможности может быть только
результатом разрушения революционным
пролетариатом капиталистических
социальных отношений и установления
им коммунистических отношений.
Сохранение капитализма, в действительности,
не только препятствует развитию
производительных сил, но грозит
человечеству гибелью. Глобальное
перенасыщение рынков после 1914 означало,
что капитализм был способен продлить
свое существование только с помощью
варварского цикла кризиса, войны и
реконструкции. И с началом новой фазы
кризиса после 1967г. единственный путь
вперед для капитализма – это путь к
новой империалистической мировой
войне. Только пролетарская революция,
установление диктатуры пролетариата
в мировом масштабе может помешать
капиталу осуществить это последнее
преступление против человечества.

Капиталистические социальные
отношения – всеохватывающие товарные
отношения, центром которых выступает
товарный характер рабочей силы –
вступили в постоянный конфликт с
производительными силами. Исторический
кризис капитализма состоит именно в
том, что производительные силы скованы
их товарной формой, и это не дает
коллективному, ассоциированному
характеру капиталистического
производства служить основой для
подлинно социалистического способа
производства. Т.к. человечество сегодня
может продвигаться вперед только в
результате установления такой
обобществленной системы, единственный
прогрессивный освободительный
проект заключается сейчас только в
освобождении производительных сил
от их товарной формы и установлении
коммунизма, что возможно исключительно
в мировом масштабе. Т.к. капиталистические
социальные отношения пришли в упадок,
то все юридические отношения и отношения
собственности, бывшие их выражением,
стали прямым фактором в «сдерживании»
производительных сил. Национальное
государство было прогрессивным только
потому, что оно предоставляло арену
свободной игре товарных отношений и
тем самым растущему объединению
общественного воспроизводства против
атомизации, созданной феодальными
отношениями производства. Но хотя
капитализм сегодня все более и более
стремится упразднить прямую экономическую
конкуренцию внутри каждого
национального государства, феномены
государственного капитализма и
империализма показывают, что капитализм
не может выйти за пределы формы
конкурирующих группировок национального
капитала.

Итак, далекое от того, чтобы
содействовать объединению процесса
социального воспроизводства,
национальное государство сегодня
препятствует его подлинному объединению.
В мире, противоречия которого взывают
к установлению рациональной плановой
системы производства и распределения
в мировом масштабе, национальное
государство стало анахронизмом. Его
абсурдность становится все более
очевидной по мере углубления
исторического кризиса капитализма.
Каждое национальное государство
пытается замкнуться в себе, желая
иметь свою собственную промышленно
– сельскохозяйственную инфраструктуру,
собственную валюту, собственные
границы. Усилия национальных капиталов
стать самодостаточными, ведущие к
нездоровому удвоению производственной
деятельности, ведут к огромной растрате
производительных сил, что характеризует
капитализм в состоянии упадка: в то
же время неизбежное обострение
конкуренции между национальными
капиталами приводит к наиболее страшной
растрате человеческих и экономических
ресурсов из когда – либо известных:
к империалистическим войнам.

Все события этого столетия доказывают,
что буржуазия неспособна действовать
как подлинно интернациональный класс.
Попытки регулировать капитализм на
международном уровне (что во всяком
случае представляло попытки создания
союзов для борьбы с более могущественными
империалистическими блоками) были
возможны только для кратковременных
и переходных периодов, как показывает
крах международных валютных соглашений
и ЕЭС перед лицом современного кризиса.
Именно потому, что капитал как всемирное
социальное отношение вступил в эпоху
своего упадка, установление новых
национальных государств, где бы то ни
было, не представляет более ничего
прогрессивного. Как всемирный класс,
буржуазия сыграла свою историческую
роль и стала реакционным препятствием
человеческому прогрессу. И если
буржуазия мощных, высокоиндустриализированных
стран неспособна быть фактором
прогрессивного развития производительных
сил, тем более неспособна быть им
буржуазия стран отсталых, чья экономика
находится под твердым контролем
главных империализмов и у кого нет ни
малейшей возможности «догнать»
развитые страны.

Даже в период реконструкции после
Второй мировой войны, когда главные
империалистические блоки переживали
фазу беспрецедентного экономического
роста, достаточно было указать на
нищету и отсталость «Третьего мира»
(1), чтобы опровергнуть тех, кто бормотал
об «обществе потребления» и
свободном от кризисов капитализме. В
ходе периода реконструкции огромное
большинство стран Третьего мира все
больше и больше отставали от развитых
стран. Экономическая стагнация;
«демографический бум», который
при отсутствии достаточного промышленного
развития создал миллионы голодающих
безземельных крестьян в Азии, Латинской
Америке и Африке; официальная коррупция
и перепроизводство интеллигенции,
которая не могла быть интегрирована
в экономику; сохранение болезней и
эпидемий, давно исчезнувших в развитых
странах; безжалостная эксплуатация
местным и иностранным капиталом;
войны, перевороты и общая политическая
нестабильность; все эти реалии
повседневной жизни в слаборазвитых
странах мрачно напоминали о иллюзорной
природе так называемого «общества
потребления». И сегодня, когда
развитые страны начинают погружаться
в новый всеобщий кризис, разложение
и деградация отсталых стран могут
только усиливаться. Когда развитые
страны спотыкаются, отсталые страны
- из - за своей зависимости от мирового
империализма - падают. Кризис уже
ударил по некоторым странам Третьего
мира с воистину катастрофической
силой, особенно по тем, у кого нет
запасов сырья, с помощью которых можно
противодействовать давлению главных
империализмов, желающих за счет
отсталых стран спасти свою шкуру
(попытки переложить последствия
кризиса на отсталые страны уже начались
и могут только усиливаться по мере
углубления кризиса). Такие страны, как
Эфиопия и Бангладеш, уже поражены
падением урожаев, голодом, наводнениями,
инфляцией, рецессией и войной – и все
это сразу.

Бангладеш является наиболее очевидным
примером невозможности национального
освобождения сегодня. Режим шейха
Муджиба, установленный в результате
«национально – освободительной
войны» с незаменимой помощью
индийского и русского империализмов
против их американского, пакистанского
и китайского конкурентов, оказался
полностью неспособным сделать что –
либо, кроме как усугубить общий кризис
экономики страны. Согласно официальным
данным ( “Le Monde” за 18
декабря 1974г.), за последние 2 месяца
1974г. в Бангладеш от истощения умерло
27 800 человек. Единственной реакцией
очевидно некомпетентного режима были
репрессии против его политических
противников. После запутанной серии
переворотов и контр – переворотов
режимы, сменившие правительство
Муджиба, продолжали следовать по тому
же неумолимому пути.

Углубление мирового кризиса заставило
замолчать тех, кто рекламировал
чудесное «развитие», которое,
как казалось, имело место в отдельных
изолированных частях Третьего мира.
Бразилию, например, буржуазные ученые
часто называли «экономическим
чудом», тогда как многие «марксисты»,
отрицавшие перенасыщение мирового
рынка, могли указывать на Бразилию в
доказательство «факта», что
капитализм может еще найти многие
рынки сбыта путем «развития»
Третьего мира.

На самом деле, даже в период бума
подъем бразильской экономики имел
место за счет беспощадного подавления
пролетариата правящей военной хунтой,
сохраняющейся нищеты миллионов
крестьян и люмпен –пролетариев, и
порабощения и истребления – в прямом
смысле этих слов – индейских племен.
Бразильская экономика регулировалась
в интересах одинаково алчных
американского, японского, немецкого
и т.д. империализмов, чьей главной
заботой было выжать из нее все соки с
наивозможно быстрой скоростью. Сегодня,
когда кризис развеял мираж роста
бразильской экономики, ее министр
финансов признал, что весь этот
рост основывался исключительно на
фиктивном капитале. Экономика могла
удерживаться только до тех пор, пока
другие страны продолжали верить в
реальность этого капитала. (Эта ситуация
является подлинным отражением всей
мировой экономики, которая в большой
степени зависит от веры в доллар).

Развитие в Третьем Мире, конечно,
имело место, но только на той же
упадочной и разрушительной основе,
что и во всем мире в данную эпоху.
Маленькие зоны роста были в каждой
стране (обычно в интересах прибылей
иностранного империализма), тогда как
традиционные экономические формы
гибли, и ничто не заменяло их для слоев,
которые жили за счет них. Итак, на
каждую новую фабрику и каждого нового
промышленного рабочего в отсталой
стране приходится куда больше трущоб,
люмпен – пролетариев, безработных
интеллигентов и безземельных крестьян.
Хотя абсолютное число пролетариев в
период упадка выросло, их пропорциональный
вес в мировом населении сократился,
и остается относительно наименьшим
в Третьем Мире.

«В своей книге «Постоянный
рост рабочего класса» (Издательство
«Спартак») Симон Рубак убедительно
показывает, что рабочий класс растет
в абсолютном смысле на мировом уровне.
Но, беря его цифры, можно составить
таблицу, которая подтвердит наши
слова:

Рост в 1950 – 1960г


Население Наемные
рабочие*
Развитые
страны: (Европа, США, СССР, Япония) +117
млн чел.
+34 млн
Отсталые
страны (Азия, Африка, Латинская Америка)
+360 млн чел.
+13 330 тыс.

*Относится к рабочим промышленности
и транспорта.

В течение этого периода на каждое
новое рабочее место, созданное капиталом
в развитых странах, приходилось 3
новорожденных; в отсталых странах
пропорция составляла 1:28» ( М. Берар.
Разрыв с «Лютт увриер» и
троцкизмом»).

В общем, страны Третьего мира появились
на мировой арене как жалкие и
второстепенные копии находящихся в
упадке развитых стран. Каждая из них
должна иметь свой огромный бюрократический
государственный аппарат и гигантские
военные и «представительские»
расходы ( памятники национальным
героям, национальные аэрокомпании и
т.п.). Нигерия, например, тратит на свою
армию 220 млн фунтов стерлингов в год,
что составляет 22,4 % бюджета ее
федерального правительства. Третий
Мир «наслаждается» и другими
«благами» капиталистического
накопления в развитых странах:
безжалостным разграблением природных
ресурсов, загрязнением окружающей
среды и общей дегуманизацией социальной
жизни, зачастую усиленной из – за
травмы от краха традиционной культуры.
На самом деле, многие из основных
тенденций упадочного капитализма –
такие, как государственный капитализм
– даже более «развиты» в этих
странах, чем в их прежних метрополиях.
Все эти явления выражают тот факт,
что, далекие от того, чтобы быть
«молодыми» или «поднимающимися»
капитализмами, эти страны представляют
собой слабейшие участки старческого
мирового капитализма.