Коммунисты и национальный вопрос

«Национальное государство
переросло себя – и как оболочка для
развития производительных сил, и как
почва для классовой борьбы, и особенно
как государственная форма диктатуры
пролетариата» (Л. Троцкий в «Наше
слово», 4 февраля 1916г.).

Пролетарии не имеют отечества. Такова
основа марксистского анализа
национального вопроса. В течение этого
столетия миллионы пролетариев были
обмануты, мобилизованы и убиты под
знаменами патриотизма, национальной
защиты, национального освобождения.
В мировых и местных войнах, в партизанских
схватках и в сражениях огромных
государственных армий рабочие всех
стран были призваны отдать свои жизни
на службе своим угнетателям. Ничто
более ясно не показало в этом столетии
непримиримую противоположность между
национализмом и интернациональными
интересами рабочего класса.

Но так как пролетариат может учить
уроки истории только на основании
своего собственного опыта, приобретенного
в историческом процессе, коммунисты
должны анализировать национальный
вопрос только с исторических позиций,
с целью установить, почему враждебность
ко всем видам национализма и национальной
вражды стала одним из классовых
признаков, отделяющих пролетарские
организации от буржуазных.

Коммунисты и национальный
вопрос в 19 веке.

Несмотря на некоторые противоречия
и ограниченность в их анализе –
ограниченность, являвшуюся продуктом
их времени – основатели научного
социализма прекрасно понимали
фундаментальный момент, полностью
потерянный в хаосе чудовищной путаницы,
созданной 50 годами контрреволюции.
Маркс и Энгельс не сомневались, что
национальное государство и национальная
идеология были всего – навсего
продуктом капиталистического развития,
что национальное государство являлось
незаменимой основой для развития
капиталистических производственных
отношений из феодального общества и
против него. Какие бы ни были противоречия
в их работах в вопросе о возможности
социалистического развития в пределах
национального государства, общая
перспектива Маркса и Энгельса
основывалась на анализе мирового
рынка и на понимании того факта, что
грядущее социалистическое или
коммунистическое общество будет
всемирной ассоциацией производителей,
планетарной людской общностью; и I
Интернационал основывался на
признании того, что пролетариат
является интернациональным классом
и должен объединить свою борьбу на
международном уровне.

Тем не менее, как коммунисты и
пролетарские интернационалисты, Маркс
и Энгельс часто поддерживали движения
за национальное освобождение, и их
работы по этому вопросу сегодня нередко
используются самозванными «марксистами»,
чтобы оправдать поддержку «национально
– освободительной борьбы» в
современную историческую эпоху.

Но на самом деле именно факт, что мы
живем в другую, чем Маркс и Энгельс,
историческую эпоху заставляет
современных коммунистов делать
оппозицию против «национально –
освободительной» борьбы ключевым
элементом в революционном анализе
современного мира. Маркс и Энгельс
писали свои работы в период исторического
подъема капитализма. В то время
буржуазия еще была прогрессивным и
революционным классом, боровшимся,
чтобы разбить оковы феодального
господства. Буржуазная революция
против феодализма неизбежно принимала
национальную форму. Чтобы сломать
препятствия торговле, представленные
феодальной местной автономией,
внутренними пошлинами, сеньериальными
правами, цехами и т.д., буржуазия должна
была объединиться на национальном
уровне. Ленин хорошо сознавал это,
когда писал:

«Во всем мире эпоха окончательной
победы капитализма над феодализмом
была связана с национальными движениями.
Экономическая основа этих движений
состоит в том, что для полной победы
товарного производства необходимо
завоевание внутреннего рынка буржуазией,
необходимо государственное сплочение
территорий с населением, говорящим
на одном языке, при устранении всяких
препятствий развитию этого языка и
закреплению его в литературе. Язык
есть важнейшее средство человеческого
общения; единство языка и беспрепятственное
развитие есть одно из важнейших условий
действительно свободного и широкого,
соответствующего современному
капитализму, торгового оборота,
свободной и широкой группировки
населения по всем отдельным классам,
наконец – условие тесной связи рынка
со всем и каждым хозяином или хозяйчиком,
продавцом или покупателем.

Образование национальных государств,
наиболее удовлетворяющих этим
требованиям современного капитализма,
является поэтому тенденцией (стремлением)
всякого национального движения»
( В. И. Ленин. О праве наций на
самоопределение.//ПСС,
т. 25, сс. 258 – 259).

От создания национальной армии во
время Великой Французской Революции,
до итальянского Рисорджименто, от
американской Войны за независимость
до Гражданской войны в США буржуазная
революция принимала форму национально
– освободительной борьбы против
реакционных королевств и классов,
унаследованных от феодализма.
(Рабовладельцы южных штатов США
представляли особый случай, но тем не
менее являлись реакционной помехой
капиталистическому развитию Америки).
Целью этой борьбы по ее существу было
разрушение выродившейся феодальной
надстройки и слом мелочного провинциализма
и самодостаточности, препятствовавших
объединительному маршу капитализма.

Как научные социалисты, чья
оппозиция капитализму основывалась
не на моральных, а на материальных
фактах, Маркс и Энгельс понимали, что
социализм невозможен, пока капитализм
не разовьет подлинный мировой рынок
и пролетариат не станет по – настоящему
интернациональным классом. В их эпоху
рыночные капиталистические отношения
все еще оставались единственной
основой для прогрессивного развития
производительных сил. Только исходя
из этой точки зрения революционеры
того времени могли поддерживать
движения за национальное освобождение.
Пока еще не существовало полностью
развитого мирового рынка, пока еще не
была построена мировая промышленная
инфраструктура, пока капиталистическая
система продолжала расширяться и
захватывать еще существующие огромные
докапиталистические районы Земли, и
пока, наконец, буржуазия еще была
способна бороться против феодализма
и абсолютизма, рабочее движение должно
было активно участвовать в национально
– освободительной борьбе, которая
закладывала материальную основу для
грядущей социалистической революции.
И на самом деле, в это время можно было
наблюдать чувство глубокой солидарности
рабочих с целым рядом национально –
освободительных войн. Например,
текстильщики Англии, несмотря на
трудности и безработицу, вызванные
Гражданской войной в США (результат
прекращения экспорта американского
хлопка в Англию), полностью поддерживали
северян и боролись против молчаливого
соучастия британского правящего
класса с южными рабовладельцами. В
1860 г. докеры Ливерпуля работали на
бесплатных «субботниках», грузя
снаряжение для экспедиции Гарибальди
в Сицилию. Такое отношение резко
контрастирует с безразличным или
враждебным отношением рабочих в наши
дни к компаниям в поддержку
националистических движений, проводимым
левобуржуазными партиями.

Но 2 вещи отличали революционно –
пролетарское отношение к национальным
войнам в тот период. Во – 1 –х и прежде
всего, коммунисты не признавали
никакого абстрактного «права»
наций на самоопределение, применимого
ко всем нациям и во все времена.

Национальные движения поддерживались
только в том случае, если считалось,
что они содействуют прогрессивному
развитию мирового капитализма. Для
Маркса и Энгельса один из главных
критериев в вопросе, является ли
национальное движение прогрессивным
или нет, заключался в том, подрывало
ли оно власть русского абсолютизма,
который был в то время оплотом реакции
во всей Европе – реакции не только
против коммунизма, но также против
буржуазной демократии, либерализма
и национального объединения. Поэтому
Маркс и Энгельс поддерживали немецкое
и польское национальное движение, но
выступали против национализмов ряда
славянских наций как против реакционных,
доминируемых докапиталистическими
классами и используемых царизмом,
чтобы укрепить и расширить власть
русского абсолютизма. Аналогичным
образом и в капиталистических колониях
коммунисты, осуждая колониальные
грабеж и эксплуатацию, они отнюдь не
поддерживали каждое восстание местных
феодалов и вождей против новых
капиталистических хозяев. Энгельс
писал Бернштейну в 1882г. о восстании
против англичан, поднятом Ахмедом
Араби Пашой в Египте:

«Я считаю, что мы вполне можем
выступать в поддержку угнетенных
феллахов, не разделяя при этом их
собственных иллюзий (ведь крестьянскому
народу нужно веками подвергаться
обману, пока он не прозреет на собственном
опыте), и можем выступать против насилий
англичан, отнюдь не солидаризуясь
из-за этого с их теперешними военными
противниками» (К. Маркс и Ф. Энгельс.
Сочинения, т.35, с. 291).

Такие движения оценивались скорее
как попытка местных феодалов или
азиатских деспотов сохранить власть
над «их» крестьянами, чем как
действие революционной национальной
буржуазии. С другой стороны, некоторые
народные восстания в колониях – в
Китае, например, - поддерживались,
поскольку казалось, что они создают
основу для независимого развития
национального капитализма, свободного
от власти колонизаторов, или же могут
стать детонатором для классовой борьбы
в стране – угнетательнице. Этот
последний критерий в особенности
применялся по отношению к Ирландии,
т.к. по мнению Маркса английское
господство над ней задерживало развитие
классовой борьбы в Англии и извращало
классовое сознание английских рабочих
в духе национального шовинизма.

Мы не хотим здесь вдаваться в
дискуссию, была ли или нет правильной
поддержка Марксом и Энгельсом того
или другого национально – освободительного
движения. В некоторых случаях, как,
например, с Ирландией, возможность
национального освобождения была уже
уничтожена в то время, когда Маркс и
Энгельс по – прежнему отстаивали ее;
в других случаях последующий опыт
подтвердил правильность поддержки
данного национального движения. Что
важно, так это понять критерии, согласно
которым коммунисты оценивали, являются
ли данные национальные движения
прогрессивными или нет. Они не исходили
в своей позиции ни из «чувств»
угнетенных народов, ни из вечного
«права» на самоопределение
наций, ни из частных условий каждой
данной страны. «Занятие ими той или
иной позиции, будь она правильной или
нет, неизменно определялось согласно
устойчивому компасу: что в мировом
масштабе
способствовало созреванию
условий пролетарской революции, было
прогрессивным, и поэтому должно
было быть поддержано рабочими.»
(М. Берар. Разрыв с «Лютт увриер»
и троцкизмом. // “Révolution
internationale”, 1973).

Во – 2- х, коммунисты понимали
капиталистическую природу национально
– освободительной борьбы. Поэтому
они также понимали необходимость для
пролетариата сохранять строгую
политическую независимость от буржуазии
даже тогда, когда рабочие поддерживали
ее в борьбе против абсолютизма. Не
существовало путаницы, будто
националистическая борьба, возглавляемая
одной из фракций буржуазии, способна
создать «социализм» или «рабочее
государство», пусть сколь угодно
деформированное – такая путаница
представляет собой, как известно, одну
из великих мистификаций сталинизма
и троцкизма. (Этот чудовищный абсурд
основывается на идее, будто сталинистские
режимы в Китае, Вьетнаме, на Кубе имеют
пролетарский характер). В период
буржуазных революций, прогрессивного
капитализма пролетариат был способен
сохранять от буржуазного перерождения
свои постоянные организации, и поэтому
была возможна стратегия «критической
поддержки» пролетариатом прогрессивных
фракций буржуазии. Хотя всегда
существовала опасность – примером
чему является 1848год – что буржуазия
повернет против пролетариата, как
только почувствует себя достаточно
способной совершить это, но еще
продолжалась ситуация, при которой
буржуазия рассчитывала на рабочий
класс как на передовой отряд национально
– освободительных войн, и в этот период
она еще могла терпеть существование
массовых рабочих организаций в рамках
капитализма. Борьба рабочего класса
за «демократические свободы» -
слова, собраний, печати, профсоюзов и
т.д. – еще не означала того позора,
каким она стала в эпоху упадка, когда
буржуазия более не способна дать
реальные реформы пролетариату. Поэтому
тогда для пролетариата еще была
возможность участвовать в национальных
войнах в своих собственных целях, а
не как простое пушечное мясо буржуазии.