Почему коммунизм необходим и возможен

Коммунистическая
перспектива, часть 1:

В движении рабочего класса против
наступления капитала специфическая роль революционеров заключается не только в
том, чтобы настаивать на необходимости для 
рабочих взять в свои руки руководство борьбой и  развернуть ее настолько широко, насколько это
возможно, но  также убеждать, что
ежедневная борьба нашего класса есть лишь подготовка для решающего сражения с
этой системой, сражения нацеленного на ее разрушение и замену принципиально
новым обществом.

Речь не идет здесь об
«альтернативных мирах», предлагаемых «антиглобалистским» движением. Как мы
показали в нашей статье о Европейском социальном форуме, это отнюдь не
действительные альтернативы, а лишь слегка модифицированные версии
существующего капитализма. Мы же говорим о коммунизме.

Ах,
но коммунизм 
умер,  говорят
нам.  Он умер, когда пала Берлинская
стена и крахнули сталинистские режимы на востоке. Как самый веский  аргумент против коммунизма в ход идет идея,
что это утопия, что он невозможен, так как
противоречит
человеческой природе, что это мечта сумасшедших фанатиков.

И
действительно, для широких масс рабочих, 
даже для  тех, кто  участвовал в ожесточенной борьбе против
системы, коммунизм до сих пор является 
не более чем хорошей  идеей,
хорошей  в  теории, но непригодной на  практике.

На
это  мы отвечаем: утверждение, что
коммунизм умер в 1989,  есть ложь,
лживая  пропаганда правящего класса, потому
что сталинистские режимы не имели никакого отношения к  коммунизму 
и были капиталистическими снизу доверху
. Передача
собственности по наследству от одного режима к другому  не была смертью коммунизма, но только концом
специфической формы капиталистического господства.

С
переизданием этой серии, написанный в 1970-х(1), мы намереваемся не только
показать, что значит  коммунизм в
действительности, но также 
доказать,  насколько  он далек от благих пожеланий,  несбыточной мечты. Коммунизм не только возможен,  но
 и абсолютно необходим.  Он есть единственно реальный выход из неразрешимых  противоречий 
капитализма в эпоху его распада.

Идея
общества, в котором не было бы нищеты, угнетения, социального неравенства и
частной собственности, отнюдь не нова. Солидарность была бы основой всех
человеческих взаимоотношений в обществе, где бы люди больше не относились друг
к другу подобно диким животным. Расцвет свободы для каждого был бы условием
расцвета свободы для всех. В различных формах эти идеи возникают уже в самых
ранних произведениях античности. Греческий философ Платон развивал эти мысли
(притом одновременно отстаивая рабство!), а также первые христиане. Позже, в
средние века, они особенно ярко проявились в концепциях движения милленаристов,
а также в произведениях одного из лидеров крестьянской войны в Германии, монаха
Томаса Мюнцера.

 

Исторические пределы капитализма

 

Однако,
коммунистические концепции не могли получить существенного развития до тех
пор,  пока новый класс ­­- пролетариат -
не заявил о себе как о самостоятельной силе в обществе. Впервые в истории
появился класс, который нес в себе реальную возможность преобразования вековой
человеческой мечты в действительность. Еще в XVII столетии в Англии и в XVIII
веке во Франции, возникли политические течения внутри буржуазных революций,
отстаивающие коммунистические доктрины в более или менее ясных формах. Даже в
то время, когда пролетариат еще полностью не сформировался как самостоятельный
класс общества, его наличие, тем не менее, привело к созданию, для защиты своих
исторических интересов, организаций типа «Истинных уравнителей» в Англии и
«Равных» во Франции.

Но
это не была пока еще середина девятнадцатого столетия, когда уже в полную силу
проявился рост и концентрация рабочего класса, которой сопровождается развитие
крупной промышленности и когда коммунистическое движение стало способно более
точно понять свои собственные задачи и средства их достижения. Эти процессы
повлекли за собой разрыв с утопическими концепциями прошлого, наиболее ярко
представленными в работах Фурье, Сен-Симона и Оуэна и отходе движения от сектантской,
заговорщической деятельности Бланки и его соратников. Религиозные мотивы,
которые проникли в движение ранее, и которые даже повлияли на такого
сознательного коммуниста как Вейтлинг, были отброшены в сторону в 1847 с
появлением первой суровой, научной формулировки коммунизма.

Коммунистический
Манифест
обеспечил теоретическую базу для
всего последующего развития самосознания пролетарского движения. В этом
документе, коммунизм представлен не как изобретение нескольких прожектеров,
которые просто ждут его воплощения в жизнь, а как единственное общество,
которое может придти на смену капитализму и преодолеть его гибельные
противоречия.

Ключевой
аргумент Манифеста заключается
в том, что капитализм, подобно всем предшествующим обществам, не
может длиться вечно. Если капитализм и представляет прогрессивный шаг в
развитии человечества, прежде всего объединяя мир через посредство мирового
рынка, то сегодня его развитие сталкивается с непреодолимыми в его пределах
противоречиями. Они неумолимо ведут систему к потрясениям невиданной мощи,
которые положат предел ее существованию. Пробуждая к жизни бурное  развитие производительных сил общества, и
наиболее важной из них - самого рабочего класса, капитализм привнес в существующие
условия необходимость его собственного преодоления и создания общества,
основанного на изобилии. Рабочий класс - субъект социального преобразования
капитализма, находящийся на низшей ступени общественной иерархии, не может
освободить себя не освободив все человечество.

Упадок капитализма и перспективы
коммунизма

Хотя
Коммунистический Манифест был ошибочен в той части, что капитализм уже
достиг пределов своего собственного развития и коммунистическая революция
поставлена в порядок дня (эту ошибку его авторы Маркс и Энгельс признали
несколькими годами позже), тем не менее, его глубинное понимание развертывания
капиталистического развития было впоследствии многократно подтверждено. В
особенности та идея, что капитализм не может избежать своих собственных
экономических кризисов, становящихся все сильнее и сильнее.

Сегодня
в который раз экономический кризис навязывает обществу типичную для капитализма
безумную ситуацию. Сотни тысяч погружены в самое ужасное убожество не потому
что производство не достаточно развито, чтобы соответствовать их потребностям,
но из-за того, что производство слишком развито.

Однако,
сегодняшний кризис есть другого типа, чем кризисы проанализированные в Манифесте.
Кризисы прошлого века возникли в период капиталистической подъема и экспансии;
в то время система могла бы разрешать свои кризисы устраняя наименее прибыльные
сектора экономики и завоевывая новые рынки.

Кризисы
девятнадцатого столетия были пульсацией сильного социального организма. Но со
времен первой мировой войны капитализм вступил в фазу исторического упадка,
перманентного кризиса. С этого времени, по большому счету, реальное разрешение
кризисов в пределах капитализма стало не возможно. Система может продолжать
свое существование только на основании адского цикла, в котором все более и
более острые кризисы завершаются войной, реконструкцией и дальнейшим кризисом.

Как
провозгласил уже Коммунистический Интернационал в 1919 г., наступила эра
империалистических войн и революций и коммунизм встал в повестку дня истории. С
того времени следующие один за другим катаклизмы, которые пережило
человечество, подтверждали каждый раз все более принудительным образом
неотложную потребность для человечества выйти за пределы капиталистического
способа производства, который сегодня существенно затрудняет дальнейшее
общественное развитие.

После
первой мировой войны, кризис 1929 дал нам другую захватывающую иллюстрацию
банкротства капитализма. Последовавший за ним холокост второй мировой войны
продемонстрировал, что капиталистическое варварство может превзойти даже
невероятный ужас бойни первой мировой войны.

С
тех пор как капитализм вступил в фазу упадка, человечество заплатило чудовищную
цену - свыше 100 миллионов жизней, чтобы поддержать функционирование этой
системы; и это не считая ужасных человеческих потерь, вызванных голодом,
недоеданием и общим убожеством на которые капитализм обрекает миллионы
человеческих существ.

Сегодняшний
кризис - ни первый признак банкротства капитализма, ни первое доказательство
необходимости замены его коммунизмом. Во многих областях кризис просто отражает
в чистом свете противоречия, которые разрывали систему на части в прошлом.

Но
потрясающая пропасть между огромными возможностями, которыми эта система
обладает, чтобы удовлетворять человеческие потребности, и катастрофическое
обращение, к которому капиталистическое производство фактически ведет, делает
сегодня потребность в другом типе 
общества даже более категоричной, чем это имело место в прошлом.

Новое
общество, которое придет на смену капитализму, должно быть способно преодолеть
противоречия, которые раздирают общество сегодня. Это единственный способ,
посредством которого такое общество может функционировать как определенная
объективная необходимость, а не как утопическая спекулятивная конструкция
человеческого ума. Его характеристики должны быть полной противоположностью
законов, на которых основывается развитие капиталистического общества.

Коренная
причина всех бедствий, которая, в конце концов, погубит капитализм, заключается
в том факте, что целью капиталистического производства является не
удовлетворение человеческих потребностей, а накопление капитала.

Капиталистическое
производство производит не потребительные стоимости, а меновые стоимости.
Частное присвоение средств производства поэтому вступает в конфликт со все
более возрастающим их общественным характером. Другими словами, капитализм
разлагается, потому что он производит на рынок, который становится  все более и более ограниченным с тех пор как
он базируется на эксплуатации наемного труда. Прибавочная стоимость,
производимая посредством эксплуатации рабочего класса, не может дальше
реализовываться, т.е. обмениваться на товары, которые могут вступить в
расширенный цикл капиталистического воспроизводства.

Базис коммунистического общества

Экономический характер коммунизма поэтому должен быть следующим:

1.   Единственной задачей производства будет
удовлетворение человеческих потребностей.

2.   Промышленные изделия, которые производит
общество, перестанут быть товарами; меновая стоимость исчезнет, останется
только потребительная стоимость.

3.   Настоящая ограниченная структура,
затрудняющая процесс производства, будет становиться все более и более
обобществленной. Частная собственность на средства производства, обладают ли ею
на индивидуальной основе, как в либеральном капитализме, или на государственной,
как при капитализме на стадии его упадка, уступит дорогу обобществлению средств
производства. Это будет подразумевать конец всякой частной собственности; конец
существования общественных классов и поэтому конец всякой эксплуатации.

Типичное
возражение против этой концепции общества, которое часто приходится слышать,
заключается в следующем. Почему такое общество, в наибольшей степени отвечающее
потребностям человеческого развития и наиболее близкое к его идеальной форме не
возникло до сих пор?

Другими
словами, почему эта форма общества стала возможной сегодня, и почему не было
возможным создать общество такого типа в прошлом? В ответе на вопрос подобный
этому, анархисты обычно отмечают, подобно всем утопистам до них, что фактически
коммунизм был возможен всегда.

С
тех пор, как объективные материальные условия не препятствуют больше
коммунизму, все что требуется, по их мнению, так это мобилизовать достаточное
количество человек на борьбу за коммунизм. Что анархисты не могут объяснить,
так это то, почему человечество не обладало достаточной силой в прошлом, чтобы
перейти к коммунизму и почему в прошлом воля к созиданию коммунизма,
существовавшая в пределах небольших группировок, не распространилась на все
общество.

Марксизм
дает убедительный ответ на эти вопросы. Он объясняет, почему одним из
существенных условий для эволюции человечества является развитие
производительных сил, или другими словами, производительности человеческого
труда.

Каждой
ступени развития производительных сил определенного общества соответствует
данный тип производственных взаимоотношений. Производственные отношения есть
отношения между мужчинами и женщинами установившиеся в их деятельности по
производству вещей, предназначенных для удовлетворения их потребностей.

В
примитивных обществах производительность труда была настолько низкой, что едва
удовлетворяла самые простые физические потребности членов сообщества.
Эксплуатация и экономическое неравенство были невозможны в такой ситуации. Если
бы некоторые индивидуумы присвоили себе или потребили продуктов больше чем
другие члены этого общества, то беднейшие его члены не смогли бы выжить вообще.

Эксплуатация,
обычно в форме рабства, установленного как результат территориального
завоевания одного племени другим, не могла бы появиться, пока средний уровень
человеческого производства не превзошел базовый минимум, необходимый для
физического выживания.

Но
между удовлетворением этого основного минимума и полным удовлетворением не
только материальных, но и духовных потребности людей, существует целый ряд
ступеней развития производительности труда.

Посредством
этого развития, человечество упорно овладевало природой. Исторически это был
период, который отделил ликвидацию примитивного коммунистического общества от
эры, когда полностью развитый коммунизм стал возможен.

Точно
так же, как человечество не было от природы «хорошим» в те века, когда мужчины
и женщины не подвергались эксплуатации в условиях примитивного коммунизма, так
же человечество не было от природы «плохим» в эпохи эксплуатации, которые
последовали затем.

Эксплуатация
человека человеком и существование экономических привилегий стали возможны,
когда средняя человеческая производительность превысила физический минимум,
необходимый для человеческой жизни, чтобы обеспечить ее воспроизводство. Обе
стали необходимыми, потому что достигнутый на тот период уровень
производительности труда не мог полностью удовлетворить все потребности всех
членов общества. Долгое время это было причиной того, что коммунизм был
невозможен, какие бы возражения анархисты не приводили против этого.

Но
это как раз то обстоятельство, посредством которого капитализм коренным образом
преобразовал себя благодаря огромному увеличению производительности труда.

Капитализм
методично эксплуатировал каждое научное открытие, всеобщий совокупный труд,
использовал природные и человеческие ресурсы целого мира. Но также очевидно и
то, что за увеличение производительности труда, приведенного в действие
капитализмом, было заплачено усилением эксплуатации в масштабах неизвестных до
этого человеческой истории.

Тем
не менее, такое радикальное увеличение производительности труда представляет
материальную основу возникновения коммунистического общества. Овладев природой,
капитализм создал предпосылки, посредством которых человечество может овладеть
своим собственным развитием.

Будущая судьба человечества

Нынешний
капиталистический кризис - превосходная демонстрация необходимости в
коммунизме. Впервые в истории человечества общество погружает большую часть
своих членов в самую острую нужду не потому, что не может производить
достаточно, но из-за того, что оно производит слишком много, в соответствии с
законами, которые управляют и регулируют капиталистическим производством.

До
подъема капитализма человечеству также были известны кризисы, но никогда это не
были кризисы перепроизводства. Сегодня этот врожденный порок капиталистической
системы проявляет себя с бесподобной силой: неуклонно возрастает безработица и
неполная занятость, вспыхивают все более и более смертоносные и широкомасштабные
войны.

Все
это доказывает, что самыми большими утопистами являются те люди, которые
воображают, что достичь более полного удовлетворения человеческих потребностей
возможно через реформу капитализма, и не через его полное упразднение.

Целая
гамма экономических, политических и военных событий, которые сотрясали  мир последние десятилетия, подтверждает тот
факт, что человечество, если оно не выйдет за пределы законов капитализма,
обнаружит себя сползающим к холокосту третьей мировой войны. Масштабы этой войны
могут сделать последствия двух предшествующих войн почти несущественными.

В
то время как невероятная убойная сила предшествующих межимпериалистических
конфликтов продемонстрировала, что человечество может быть господином природы и
что поэтому коммунизм возможен, она также показала, что власть человечества над
природой может быть также использована непосредственно для уничтожения
человечеством самого себя. Поэтому коммунизм становится необходимостью сегодня
не только, чтобы гарантировать дальнейший прогресс человеческого рода, но и
просто для того, чтобы гарантировать выживание человечества вообще.

В
следующей статье этой серии мы рассмотрим различные возражения, подвергающие
сомнению осуществимость коммунизма, большей частью те, которые доказывают, что,
человечество «по самой природе» не способно к осуществлению такого общества.

Примечания

(1) См. Мировую Революцию 25,
26, 28; серии также доступны на нашем веб-сайте.

Темы: