Борьба во Франции: слава новому поколению пролетариата!

Массовая мобилизация студентов во Франции против атак правительства Ширака – Вильпена – Саркози, которое хочет силой навязать Договор первого найма (ДПН) (1) – это часть происходящего в настоящее время всемирного возрождения интернациональной пролетарской борьбы. Это движение не имеет ничего общего с предыдущими межклассовыми движениями студенческой молодежи. Оно представляет собою часть борьбы всего пролетариата. С самого начала движение прочно стояло на пролетарской почве, оно боролось против экономического наступления правительства, против того отсутствия будущего, которое капитализм обещает молодым поколениям. Борющиеся студенты оказались способны отодвинуть на задний план специфически студенческие требования (такие, например, как реформа системы дипломов о высшем образовании) и вместо этого выдвинули на первое место общие требования всего пролетариата: «Нет  ДПН! Нет негарантированной работе, увольнениям и безработице!».

Сила движения состоит прежде всего в растущей и активной боевой СОЛИДАРНОСТИ. Студенты и старшеклассники поняли, что их сила – в единстве, и сомкнули ряды, чтобы воплотить в жизнь старый лозунг рабочего движения «Один за всех и все за одного!». Именно поэтому они смогли увлечь за собой преподавателей и административных работников университетов, которые проводят свои собственные общие собрания (ОС). Студенты в университетах открыли свои общие собрания для своих родителей и других пролетариев, и даже для пенсионеров (например, в университете Париж 3 Цензье (1а)). Они просили их выступать и предлагать своими  идеями. «Ящики для предложений» были размещены на улицах, на общих собраниях, в супермаркетах, на рабочих местах, в Интернете и т.д. Именно таким образом наиболее сознательные и решительные отряды движения смогли сделать солидарность живой и действенной и расширить свою борьбу в направлении всего пролетариата.

Массовые общие собрания – душа движения

В дни, последовавшие за демонстрацией 7 марта, массовые студенческие общие собрания распространились по университетам Парижа и провинции. Вильпен (2), «железный человек» буржуазии, придерживался жесткой линии, ДПН был одобрен парламентом, потому что не подвергалось сомнению, что «улица не должна управлять» (как сказал экс-премьер Рафарэн в 2003г., когда пропихивал реформу пенсионной системы, по которой, старики, 40 лет подвергавшиеся эксплуатации в наемном рабстве, после этого должны были жить жить в нищете). Но студенты не сдались. Лекционные залы, где проходили ОС, были переполнены, стихийные демонстрации возникали одна за другой, особенно в столице. Студенты прорвали блокаду СМИ и вынудили их отказаться от обычных замалчивания и лжи.

10 дней, с 8 до 18 марта, «потрясли мир» французского правящего класса. Студенты все сильнее и сильнее самоорганизовывались в духе СОЛИДАРНОСТИ и ЕДИНСТВА со всем пролетариатом.

В столице динамика борьбы распространялась из университета в Цензье, который стоял в авангарде движения, движения, стремившегося к расширению борьбы и централизации пролетарского контрнаступления.

На ОС приходящих рабочих приветствовали с распростертыми объятиями. Их приглашали участвовать в дискуссиях, делиться опытом. Все, кто участвовал в ОС в Париже и в некоторых провинциальных городах (особенно в Тулузе), были поражены способностью молодого поколения поставить свой дух творческой инициативы на службу классовой борьбе. Особенно в Цензье, богатство дискуссий, чувство ответственности студентов, избранных в стачечные комитеты, их способность организовать движение, вести собрания, давать всем желающим возможность высказывать свою точку зрения, способность убеждать остальных студентов и разоблачать саботажников посредством столкновения аргументов в дискуссии, полностью подтвердили жизненность и силу молодого поколения пролетариата.

Студенты постоянно защищали суверенный характер общих собраний, с избранными и отзываемыми депутатами (имеющими вручаемые и отбираемые мандаты) и с открытым голосованием. Каждый день новая группа студентов (как членов, так и не-членов профсоюзов) образовывала президиум, который вел дискуссию – иными словами, не было постоянного президиума, происходила ротация его членов.

С целью распределить задачи, централизовать, координировать и контролировать движение, стачечный комитет университета Парижа 3 Цензье решил избрать различные комиссии: Пресса; комиссию «Воодушевление и Размышление», чьей целью было исследовать более широкие вопросы; «Приглашение и Информация» и т.д.

Именно благодаря подлинной демократии на ОС и благодаря централизации борьбы, студенты могли решать, какие действия предпринимать, чтобы движение расширялось и в конце концов охватило и рабочих на предприятиях.

Динамика распространения движения на весь пролетариат

Студенты ясно понимали, что успех борьбы зависит от присоединения к ней наемных рабочих (как сказал один из студентов на координационной встрече в Иль-де-Франс 8 марта: «если мы останемся изолированными, из нас сделают отбивную»). Чем дольше правительство Вильпена отказывалось отступать, тем решительнее становились студенты. Чес жестче действовал Саркози (3), тем недовольнее становились рабочие и тем больше «избирателей» выражали несогласие.

Наемные рабочие, более привыкшие к классовой борьбе (а равным образом и менее глупые фракции буржуазии) знали, что логика борьбы ведет к массовой стачке (а не к всеобщей стачке, которую предлагали некоторые профсоюзы и некоторые анархисты), если только правящий «сброд» останется приверженным своей иррациональной логике.

Динамика, ведущая к расширению движения, к массовой стачке, возникла с самого начала студенческих мобилизаций и выражалась, повсюду по стране, в студенческих массовых делегациях к рабочим, работавшим недалеко от вузов и школ (4). Но этим делегациям преграждали путь профсоюзы (5) и рабочие оставались замкнутыми на своих рабочих местах, не имея возможности дискутировать со студенческими делегациями. «Маленькие сиу» (6) из парижских университетов проявили большую изобретательность, чтобы прорвать профсоюзную блокаду.

Чтобы поднять на борьбу рабочих, студенты изобретали  разные средства.  В Цензье был создан почтовый ящик, именуемый «ящиком для идей». В других университетах (например, в Париже Жуссье) возникла идея выходить пикетами на улицы и говорить прохожим о причинах своего недовольства, спрашивая их, какие идеи они могут предложить, потому что «любая идея стоит того, чтобы ее обсуждать». Подобные действия дали наибольший эффект в отношении рабочих, проходивших мимо студенческих пикетов или приходивших на студенческие собрания, чтобы выразить свою солидарность. Этих рабочих студенты просили помещать свои предложения в ящик, чтобы можно было попробовать реализовать их на практике. Благодаря своему опыту, студенты были способны отделять «хорошие идеи» (идущие в духе распространения движения) от «плохих идей» (которые разделяли и саботировали борьбу, чтобы поставить студентов под репрессии – такой «плохой идеей» была, например, идея «захватить Сорбонну»).

Во многих университетах и особенно в тех, которые шли в авангарде борьбы, студенты открыли лекционные залы, где проводились ОС, для наемных рабочих, безработных и даже пенсионеров. Они просили их поделиться опытом своей борьбы на рабочих местах. Они были готовы учиться у старших поколений. Но и старшим поколениям было чему поучиться у молодежи. Если во взаимном общении молодежь стремительно взрослела, то старики снова молодели. Связь поколений дала новый толчок движению. Величайшая сила борьбы и ее прекраснейшая победа заключается в самой борьбе, в солидарности и единстве всего пролетариата, всех его поколений и всех его групп.

Победа была достигнута не в парламенте, но в университетских лекционных залах. К досаде правительства, его шпионы, присутствовавшие на ОС, ничего не понимали. Они не могли предложить Вильпену никакой идеи. Адская троица Вильпен – Саркози – Ширак оказалась лишена идей. Поэтому им оставалось только продемонстрировать подлинное лицо буржуазной демократии – лицо полицейских репрессий.

Насилие полицейского государства показывает, что у буржуазии нет будущего

Студенческое движение – это нечто намного большее, чем просто протест против ДПН. Как сказал на демонстрации 7 марта преподаватель университета Париж – Талбиак, «ДПН – это не просто реальная частная атака правительства по экономическому вопросу, это – символ». Действительно, это символ банкротства капиталистической экономики.

ДПН является также своеобразным ответом буржуазного правительства на критику прошлых «ошибок» полиции («ошибок», которые осенью 2005г. «случайно» привели к гибели двух невинных подростков, которых некий «гражданин» заподозрил как «грабителей», а менты загнали в трансформаторную будку, где они и сгорели). Назначение пироманьяка Саркози на пост министра внутренних дел показало, что буржуазия неспособна извлекать уроки из своей собственной истории: она забыла, что «ошибки» полиции (среди которых – гибель Малика Уссекина в 1986г. (7)) были факторами радикализации рабочей борьбы. Сегодня репрессии против студентов Сорбонны, которые хотели только провести общее собрание (а не жечь книги, как утверждает лживый господин де Робьен) имели своим результатом усиление решимости студентов. Вся буржуазия и все ее наемные писаки твердят до одурения, что студенты являются «хулиганами» (или «сбродом», как изящно назвал Саркози молодежь пригородов).

Но ложь слишком велика, поэтому рабочие не поддались ей. Насилие хулиганов буржуазии доказало насильственную природу капиталистической системы и ее «демократического» государства – системы, которая выбрасывает миллионы пролетариев на улицы, системы, которая выжав за 40 лет из своих наемных рабов все соки, заставляет их затем жить в нищете на скудную пенсию, системы, которая навязывает свой «закон и порядок» полицейскими дубинками. Господин Вильпен продолжает притворяться глухим и доказывает справедливость старой шутки: «при диктатуре царит принцип «заткнитесь», при демократии – «говорите все, что вам угодно – вас все равно не будут слушать»». Но троица Вильпен – Саркози – Ширак пошла еще дальше, придумав лозунг «говорите все, что вам угодно – и заткнитесь».

А поскольку все эти господа обладают властью, они вовсю пользуются «солидарностью» СМИ и прежде всего главного средства идеологического отравления: телевидения. Целью бесчестного показа в СМИ сцен насилия является возбудить садомазохистскую страсть к бесцельному насилию, манипулировать толпой и развратить сознание пролетариев. Но чем больше телевидение показывает насилие, желая запугать и парализовать пролетариат, тем больше оно вызывает отвращение к себе (даже у правого электората).

Именно потому, что молодому поколению пролетариата и его самым сознательным отрядам принадлежит будущее, оно отказалось поддаваться на провокацию полицейского государства (и парализующих сил профсоюзов). Оно отказалось использовать бесцельное насилие отчаяния, свойственное буржуазии, молодым мятежникам из пригородов или немногим «анархистам» и «левакам».

Дети рабочего класса, находящиеся в авангарде студенческого движения, являются единственными, кто может открыть новую перспективу для всего общества. Эту перспективу пролетариат может развить благодаря своему историческому видению, благодаря уверенности в собственных силах, благодаря своему терпению, а также юмору (используя слова Ленина). Именно потому, что буржуазия – это класс, лишенный будущего, клика Вильпена находится в панике и может использовать только такое же лишенное будущего бесцельное насилие, как и молодые мятежники пригородов.

Решимость господина Вильпена не уступать студенческим требованиям отмены ДПН показывет одну вещь: мировая буржуазия никогда не отдаст свою власть мирным путем, из-за поражения на выборах. Чтобы покончить с капитализмом и создать подлинную человеческую общность, пролетариат в будущем должен будет защищать себя силой против насилия государства и его репрессивного аппарата. Но пролетарское насилие не имеет ничего общего с методами терроризма или мятежами в пригородах (чтобы там ни твердила буржуазная пропаганда, желающая оправдать репрессии против студентов, рабочих и, конечно же, коммунистических активистов).

Контрнаступление правящего класса с целью саботировать и коррумпировать движение.

Чтобы с успехом осуществить свое экономическое и политическое наступление на пролетариат, буржуазия разработала план, как сорвать борьбу против ДПН. Во-первых, она понадеялась, что студенческий протест рассеется сам собой во время студенческих и школьных каникул. Но студенты – это не послушные мальчики из церковного хора (даже если некоторые из них все еще ходят в церковь или в мечеть). Их борьба в период каникул продолжалась и даже усилилась.

Понятно, что профсоюзы сделали все, чтобы проникнуть в движении и присутствовали в нем с самого начала.

Но они совершенно не могли предвидеть, что полностью потеряют контроль над событиями в большинстве университетских городов.

Например, в Париже свыше тысячи студентов собрались в университете Париж 3 Цензье, чтобы вместе идти на демонстрацию. Когда они обнаружили, что ВКТ (8) уже разворачивает свои знамена впереди колонны, они использовали все средства транспорта и всю быстроту своих ног, чтобы обогнать профсоюз. В голове колонны студенты развернули свои собственные знамена с объединяющими лозунгами «Студенты и школьники, безработные, рабочие частного и государственного сектора, временные рабочие – все вместе в общей борьбе против безработицы и негарантированной работы!».

ВКТ оказалась в смешном положении. Она тащилась в хвосте колонны, позади студентов, со множеством своих знамен «ВКТ – механики», «ВКТ – РАТП» (9) и т.д. и т.п. За каждым из огромных красных знамен ВКТ можно было видеть небольшую кучку полностью дезориентированных активистов. Чтобы подбодрить свои войска, кадры сталинистской партии Мориса Тореза (который после Второй Империалистической войны просил бастующих шахтеров и рабочих Рено «засучить рукава» и вернуться к работе, потому что «стачка – это оружие трестов») пытались кричать радикальные лозунги.

Они пытались перекрикивать студентов с помощью громкоговорителей. Кадры ВКТ и ФРАНЦУЗСКОЙ «Коммунистической» Партии пытались воодушевить свои войска, побуждая их петь Интернационал. От этого старые сталинистские динозавры выглядели еще более смешно. Многие демонстранты и прохожие умирали со смеху. Можно было слышать реплики «Это еще смешнее, чем юмористическая передача» (10).

В ту же ночь лидер ВКТ Бернар Тибо сказал на телевидении: «верно, что в демонстрации обнаружился непредвиденный аспект». 

Профсоюзы разоблачили себя своими собственными маневрами. Господин де Робьен все еще не понял это,  когда, «возмущаясь» актами вандализма «студентов» в Сорбонне и размахивая несколькими книгами, порванными действовавшими под видом студентов буржуазными провокаторами, сказал, что «студенческий мятеж управляется крошечным меньшинством». Господин де Робьен неправильно понимает дело. Крошечное меньшинство управляет не студенческим движением, а всем человеческим обществом – меньшинство, которое не создает ничего, кроме эксплуатации и угнетения огромного большинства общества – трудящегося класса.

Профсоюзы, ВКТ и ФО (11), так и не оправились от неприятного сюрприза 7 марта. Вот почему некоторые, более умные, тележурналисты утверждают, что «профсоюзы были унижены». Они снова были унижены стихийными студенческими демонстрациями 14 марта. Неспособные сдержать свой гнев против «унизивших» их рабочих, которые выразили свою активную солидарность со студентами во время демонстрации 16 марта, профсоюзы в конце концов публично, перед телекамерами обнаружили свое сообщничество с войсками господина Саркози.

На демонстрации в Париже профсоюзная охрана, предоставленная ВКТ (связанной со сталинистской партией) и ФО (основанной после Второй Империалистической войны с помощью ЦРУ), шла во главе демонстрации навстречу ЦРС (12). Внезапно профсоюзная цепь распалась – как по мановению волшебной палочки! – и небольшое число проникших в ряды демонстрантов «камикадзе» бросилось к Сорбонне, чтобы поиграть с полицией в кошки-мышки. Все, кто собстственными глазами видел новые сцены насилия, говорят, что именно благодаря профсоюзной охране Вильпен и Саркози смогли пустить в дело полицейские дубинки и наполнить черные воронки.

Непрерывный показ по телевидению сцен насильственных столкновений во время парижской демонстрации имел главной целью вызвать страх перед демонстрацией 18 марта – чтобы многие рабочие и студенты, которые хотели участвовать в этой демонстрации, отказались делать это из страха перед насилием.

Дикторы телевидения были способны провозгласить «хорошие новости»: «движение идет на спад» (если верить теленовостям 16 марта).

Те, кто хотели, чтобы движение «пошло на спад» и заглохло – это сообщники Саркози, это силы профсоюзного контроля. И пролетариат начал понимать это. С помощью «радикальных» и лицемерных речей профсоюзы хотели спасти правительству шкуру.

Сталинистская партия и ее ВКТ достойны места в пантеоне Юрского парка (рядом с бронтозаврами из СНД (13)). Если до сих пор профсоюзы не смогли выполнить свою роль тушителей социального пожара, то это потому, что пироманьяки Вильпен и Саркози непрерывно подбавляли пожару новый огонь.

И если рабочие начали поддерживать борющихся студентов, то это потому, что они увидели, что профсоюзы на рабочих местах содействуют блокаде, которой СМИ подвергает массовые общие собрания.

Со времени демонстрации 7 марта профсоюзы еле волочили ноги, они колебались во всевозможных направлениях, только чтобы парализовать рабочих. Они прибегали ко всем разновидностям маневра, чтобы разделить и рассеять пролетарский гнев. Они пытались саботировать студенческое движение. Они даже радикализировали свой язык – очень поздно, на самом деле! – «требуя» отмены ДПН еще до начала переговоров (это не означает, что они перестали вести переговоры за спиной рабочих). Они даже угрожали «всеобщей» стачкой, чтобы заставить правительство «уступить». Они открыто заявляли, что не хочут, чтобы рабочие мобилизовались в солидарность со студентами. Прижатые к стене, теперь они пытаются вытащить из рукава козырную карту, используя немногочисленных экзальтированных ребят, лишь бы насилие продолжалось.

Единственным выходом из этого политического кризиса для французской буржуазии является чистка фасада республиканского государства. И этот подарок господину Вильпену на блюдечке с голубой каемочкой преподнесла коалиция ФСП, ФКП и «Зеленых» (14), которые вместе внесли предложение об отмене ДПН в Конституционный Совет (15). Благодаря подобному подарку от ФСП правительство сможет избавиться от ДПН с помощью «12 мудрецов» (16), сохранив приверженность формуле Рафарэна «улица не должна управлять» с добавлением «это должны делать 12 мудрецов из Конституционного Совета».

Величайшая победа – это сама борьба.

Желая сломить сорбоннских студентов (и их товарищей, приносивших им еду), господин Саркози открыл ящик Пандоры. И правительство Вильпена – Саркози вытащило из этого ящика «плохих идей» мнимых друзей пролетариата – профсоюзы. Мировой пролетариат должен быть благодарен французскому правительству. Размахивая пугалом Ле Пена (17) на последних президентских выборах, красно – бело – голубой (17а) правящий класс поставил к власти самого правого идиота в мире. И правое правительство принялось проводить политику, достойную «банановой республики».

Чем бы ни закончилось движение, оно уже является победой всего пролетариата.

Благодаря своему новому поколению, пролетариат смог прорвать профсоюзную «блокаду» классовой солидарности. Все части пролетариата, но особенно – его молодое поколение, приобрели чрезвычайно богатый опыт, который оставит глубокий след в их сознании.

Этот опыт принадлежит всему мировому пролетариату. Несмотря на умолчания «официальных» СМИ, «параллельные» СМИ, «неприрученные» телекамеры и прочие «свободные» радио – как и революционная пресса – смогут донести опыт борьбы во Франции до всего мирового пролетариата. Ведь этот опыт – только один из эпизодов всемирной пролетарской борьбы. Он – часть серии пролетарских выступлений, начавшихся в 2003г., и он подтверждает, что мировой пролетариат во всех промышленных странах приходит в себя после отступления, которое он пережил в результате компании о «смерти коммунизма», развязанной мировой буржуазией после падения в 1989г. режимов Восточного блока, режимов, называвших себя «рабочими» и «социалистическими». Одной из характерных особенностей современной рабочей борьбы является возрождение рабочей солидарности. В двух важнейших странах капиталистического мира – в США и Англии – солидарность является непосредственной причиной современной рабочей борьбы. Накануне рождества 2005г. рабочие Нью-Йоркского транспорта начали стачку не за самих себя, но для того, чтобы сохранить для молодых рабочих, которых наймут в будущем, те пенсионные льготы, которые существуют для работающих сейчас рабочих. Подобным же образом, стачка носильщиков лондонского аэропорта Хитроу, продолжавшаяся несколько дней осенью 2005г., была стачкой солидарности с рабочими общепита, ставшими жертвой антирабочего наступления их хозяина, компании «Гейт Гурмет».

Особое значение этих стачек состоит в том, что они являются частью продолжающейся тенденции к развитию борьбы, тенденции, которая не закончилась после движений в защиту пенсионного обеспечения рабочих во Франции и в Австрии в 2003г. – Австрия во время этого движения пережила крупнейшие уличные демонстрации за весь послевоенный период. Эта же тенденция нашла выражение в борьбе немецких автомобилестроителей (особенно на Даймлер – Крайслере и Опеле), борьбе, которая четко поставила вопрос рабочей солидарности против увольнений. Эта же тенденция снова проявилась в декабре 2005г. в Испании, на заводе СЕАТ в Барселоне, где рабочие боролись без и против профсоюзов, заключивших за спиной рабочих «позорный договор», по которому подвергались увольнению 600 человек.

Таким образом, студенческая борьба во Франции – это часть развивающейся на исторической арене борьбы, борьбы, итогом которой станет освобождение всех человеческих существ от капиталистического варварства. Молодые поколения, сегодня вступившие в борьбу на пролетарской классовой основе, открывают дверь этому бесклассовому будущему. Мы смело можем надеяться на них: на всей планете они продолжают готовить новый мир, свободный от конкуренции, прибыли, эксплуатации, нищеты и кровавого хаоса.

Очевидно, что дорога, ведущая к свержению капитализма, долгое время будет преисполнена трудностей и опасностей самого разного рода, но туман уже начинает рассеиваться и дорога начинает расчищаться…

Интернациональное коммунистическое течение, 17 марта 2006г.
 

Примечания.

1.        Его главной целью является позволить предпринимателям увольнять рабочих в первые два года их трудового стажа без предупреждения и без объяснения причин.

1а. Существующие в Париже университеты географически разбросаны по разным районам города и носят обыкновенно названия соответствующего района: Париж 3 Цензье, Париж - Жуссье, Париж -Талбиак и т.д. – прим. пер.

2.        Французский премьер-министр.

3.        Николя Саркози, министр внутренних дел, начальник полиции, приобрел известность своим обещанием «очистить» пригороды от «сброда».

4.        В Тулузе, например, студенты использовали университетскую печатную технику, чтобы напечатать 10 тысяч листовок, призывающих к солидарности с движением – затем эти листовки распространялись на предприятиях вокруг города.

5.        Игра слов: «блокировать» – в другом значении: пикетировать университеты.

6.        Непереводимое выражение, указывающее на предполагаемое вероломство индейцев.

7.        Студент, убитый полицией во время протестов против «реформы» университетов.

8.        Всеобщая конфедерация труда – профсоюз, до сих пор руководимый сталинистской Французской «Коммунистической» партией.

9.        РАТП – Парижская транспортная система.

10.     Во Франции ночная сатира на телевидении называется «Информационный гиньоль».

11.     Форс увриер – Рабочая сила.

12.     ЦРС – Республиканские отряды безопасности – французский аналог ОМОНа.

13.     Союз за Народное Движение (!!!) – название правящей партии Ширака.

14.     Т.е. Социалистическая партия, Французская «Коммунистическая» партия и Зеленые.

15.     Идея, что Конституционный Совет поможет правительству «сохранить лицо», объявив Договор первого найма неконституционным.

16.      Т.е. Конституционный Совет.

17.     Лидер фашистского Национального фронта, который был на 2-м месте после Ширака в первом туре президентских выборов в 2002г.

17а. Красно-бело-голубой – цвет французского флага - прим. пер.