Предисловие к русскому изданию

Публикация на русском языке брошюры
Интернационального Коммунистического
течения «Упадок капитализма» —
свидетельство возрождения революционных
элементов в стране, где великая в
прошлом пролетарская политическая
традиция была погребена под ужасным
гнетом сталинистской контрреволюции.
ИКТ сознает, что без этого возрождения
перевод нашего текста на русский язык
не стал бы возможным; таким образом,
мы рассматриваем его издание как наш
вклад в дискуссии, в которых участвуют
сегодня российские левые и международные
группы, стоящие на подлинно
коммунистических позициях, — вклад,
нацеленный на то, чтобы способствовать
прояснению коммунистических принципов.

Освещение истории концепции упадка
в марксистском движении читатель
найдет во введении к предшествующим
изданиям нашей брошюры, где показывается,
что на всем протяжении этой истории
— от Маркса до Коммунистического
Интернационала и левых фракций,
противостоявших его перерождению и
гибели, — данная концепция
базировалась вовсе не на чисто моральной
или культурной критике капиталистического
общества, предполагаемой вульгарным
пониманием упадка как «декаданса»,
не на осуждении различных форм
искусства, моды или общественных
нравов. Напротив, марксистское понятие
упадка естественно вытекает из самих
основ исторического материализма и
позволяет отчетливо увидеть не только
то, что с первых десятилетий ХХ века
капитализм является исторически
упадочным способом производства, но
и то, что в этот период на повестку дня
стала пролетарская революция. В
настоящем предисловии к русскому
изданию мы хотим сосредоточиться на
важнейшем вкладе, внесенном в развитие
концепции упадка практическим опытом
российского рабочего класса и
теоретическими разработками его
революционного меньшинства.

Стремясь к краткости, мы избрали
хронологическую форму изложения. Для
более глубокого исследования вопроса
необходимы специальные работы —
которые, возможно, будут написаны
самими российскими товарищами. Цель
же данного предисловия в том, чтобы
осветить наиболее важные вехи процесса
обогащения теоретического и практического
потенциала мирового пролетариата
деятельностью российского рабочего
движения.

1903 год: Раскол между большевиками
и меньшевиками в Российской
социал-демократической рабочей партии
связан не только с разногласиями по
поводу того, как должна быть организована
рабочая партия в условиях репрессивного
самодержавного режима. Несмотря на
свою отсталость, Россия — с ее
высокой концентрацией пролетариата
и неспособностью ввести рабочее
движение в легальные, демократические
рамки — в определенном смысле
предвосхищает условия тоталитаризма,
с которыми предстоит столкнуться
мировому рабочему классу в приближающуюся
эпоху пролетарской революции, условия,
не позволяющие рабочим постоянно
сохранять свои массовые организации.
Поэтому, отвергая меньшевистскую
концепцию «широкой» рабочей
партии и настаивая на необходимости
создания дисциплинированной партии
революционных борцов с четкой
программой, Ленин предвосхищает ту
форму партийной организации, которая
потребуется в эпоху, когда борьба за
реформы в рамках буржуазного строя
уступит место непосредственной борьбе
за революцию.

1905 год: «Нынешняя русская
революция происходит на том историческом
этапе, когда зенит развития
капиталистического общества уже
остался позади, его высшая точка уже
пройдена» (Роза Люксембург, «Массовая
стачка, политическая партия и
профсоюзы»). Массовые стачки
российского пролетариата и открытие
им советской формы организации
возвещают наступление новой эпохи,
делающей отжившими старые тред-юнионистские
методы. В то время как Роза Люксембург
с наибольшей ясностью показывает
значение всеобщей стачки, левое крыло
российской социал-демократии также
начинает извлекать из событий 1905 года
важнейшие уроки: в противоположность
«сверхленинистам», чьей первой
реакцией на возникновение Советов
становится призыв к растворению их в
партии, Ленин раскрывает диалектическое
соотношение между организацией
революционного меньшинства (партией)
и Советами как органами всего класса,
способными составить основу революционной
диктатуры. Троцкий еще более отчетливо
видит важность Советов как формы
организации, приспособленной для
массовой стачки и борьбы за пролетарскую
власть. Разрабатывая свою теорию
перманентной революции, он постепенно
приходит к выводу, что историческое
развитие уже оставило позади возможность
буржуазной революции в таких отсталых
странах, как Россия, — следовательно,
всякая подлинная революция должна
будет возглавляться рабочим классом,
провозгласить социалистические цели
и выйти на международную арену.

1914-1916 годы: Из всех пролетарских
течений, противостоящих мировой
империалистической войне, именно
большевики во главе с Лениным занимают
самую ясную, определенную позицию.
Отвергнув аргументы социал-шовинистов,
которые используют букву марксизма
для уничтожения его духа, Ленин
показывает, что в происходящей мировой
резне нет ничего национального,
демократического или прогрессивного,
и выдвигает лозунг «превращения
войны империалистической в войну
гражданскую». Война кладет начало
новой эпохе, в которую пролетарская
революция уже не является отдаленной
перспективой, а непосредственно
ставится историей на повестку дня. В
работе «Империализм, как высшая
стадия капитализма» Ленин
характеризует империалистический
капитализм как систему в состоянии
упадка. Одновременно книга Бухарина
«Империализм и мировое хозяйство»
показывает, что порождаемый капитализмом
милитаризм есть результат формирования
мирового хозяйства, которое создало
объективные предпосылки для перехода
к более прогрессивному способу
производства, но в то же время
препятствует такому переходу, вызывая
кровавые конфликты. Этот вывод
перекликается с анализом исторических
пределов развития капиталистической
системы в книге Розы Люксембург
«Накопление капитала» —
анализом, на котором во многом
основывается настоящая брошюра. Как
и Люксембург, Бухарин признает, что в
мире, раздираемом империалистическими
гигантами, борьба за «национальное
освобождение» утратила всякий
смысл. Наконец, работа Бухарина
демонстрирует понимание того, какие
формы примет эта новая капиталистическая
мировая экономика: речь идет о
смертельной борьбе между огромными
«государственно-капиталистическими
трестами». Автору удалось предвидеть,
что капиталистическое огосударствление,
использованное в период войны, станет
в эпоху упадка буржуазного строя
классическим способом организации
капитала.

1917 год: Российский пролетариат
вновь доказывает единство теории и
практики, восставая против
империалистической войны, свергая
царизм, организуя Советы и двигаясь
к революционному захвату власти.
Столкнувшись с большевистской «старой
гвардией», которая держится за
устаревшие формулы, унаследованные
из прошлого периода, Ленин пишет
«Апрельские тезисы», где заявляет,
что целью пролетариата в России
является не какая-то гибридная
«демократическая революция», а
пролетарское восстание как первый
шаг к социалистической революции в
масштабах всего мира. Октябрьская
революция становится практическим
подтверждением марксистского метода,
воплощенного в «Апрельских тезисах»,
которые были осуждены как «анархистские»
«ортодоксальными марксистами»,
неспособными увидеть начало нового
этапа истории.

1919 год: В Москве создается
Коммунистический Интернационал —
главный инструмент распространения
пролетарской революции по всему миру.
В основе платформы Коминтерна лежит
тезис: «Родилась новая эпоха. Эпоха
разложения капитализма, его внутреннего
распада. Эпоха коммунистической
революции пролетариата»
;
соответственно, прежняя концепция
реформистской программы-минимум
признается устаревшей, равно как и
сопутствующие ей социал-демократические
методы. С этого момента понятие упадка
капитализма становится важнейшим
элементом коммунистической программы.

1920-1927 годы: Неудача распространения
революции в мире приводит к бюрократизации
российского государства и большевистской
партии, ошибочно слившейся с этим
государством. Начинается процесс
внутренней контрреволюции, кульминацией
которого становится победа сталинизма
в конце десятилетия. Но перерождению
большевистской партии и возглавляемого
ею Коминтерна противостоят левые
коммунисты в таких странах, как Германия
и Италия, а также в самой России. Левые
разоблачают тенденцию возврата к
старым социал-демократическим методам
типа парламентаризма и выступают
против попыток заключения союзов с
бывшими социалистическими партиями,
которые уже перешли в лагерь буржуазии.
Так, в России возникшая в 1923 г.
«Рабочая группа» Г. Мясникова
недвусмысленно обличает коминтерновскую
тактику «единого фронта» с
социал-демократами, одновременно
подвергая жесточайшей критике утрату
пролетариатом политического контроля
над «Советским» государством.
После того, как сталинская фракция
закрепляет свою победу, российские
левые коммунисты одними из первых
приходят к пониманию того, что сталинизм
представляет собой форму буржуазной
контрреволюции, и что капиталистические
общественные отношения могут сохраняться
даже в полностью огосударствленной
экономике.

1928-1945 годы: Сталинский террор
уничтожает или бросает в тюрьмы целое
поколение революционеров. Политический
голос рабочего класса России замолкает
на десятилетия, и в этих условиях
работа по извлечению уроков из этого
поражения, исследованию природы и
характеристик сталинистского режима
ведется левыми коммунистами в Европе
и Америке. Это не простая задача —
необходимо разобраться со множеством
ошибочных теорий, таких как концепция
Троцкого о «переродившемся рабочем
государстве», но в конце концов
главное установлено: сталинистская
система интегрального государственного
капитализма с ее тоталитарным
политическим аппаратом и приспособленной
к войне экономикой представляет собой
прежде всего продукт эпохи
капиталистического упадка, так как
капитализм в эту эпоху не может
существовать без войны и опирается
на государство, чтобы предотвратить
взрыв своих обостряющихся экономических
и социальных противоречий. Отвергая
все иллюзорные представления о
сталинистском госкапитализме как
средстве преодоления этих противоречий
или даже прогрессивной стадии развития
капитала, левые коммунисты указывают
на ужасную социальную цену сталинской
индустриализации 30-х годов, доказывают,
что ею закладывается основа для еще
более разрушительных империалистических
конфликтов. Хищническое участие СССР
во втором кровавом переделе мира
подтверждает тезис левых о наличии у
сталинистского режима собственных
империалистических устремлений и,
тем самым, оправдывает их отказ от
каких бы то ни было уступок троцкистской
позиции «защиты Советского Союза
от империалистического нападения».

1945-1989 годы: Советский Союз
становится во главе одного из двух
империалистических блоков, чье
соперничество определяет положение
в мире на протяжении четырех десятилетий.
Но, как мы показываем в тезисах об
экономическом и политическом кризисе
Восточного блока, данных в качестве
приложения к данной брошюре, сталинистский
блок значительно уступает своему
западному сопернику по степени
экономического развития, отягощен
громадным военным сектором и имеет
слишком жесткие политические и
экономические структуры, не позволяющие
ему адаптироваться к требованиям
мирового капиталистического рынка.
В конце 60-х гг. экономический кризис
мирового капитализма, замаскированный
на время послевоенным восстановлением,
вновь выходит на поверхность, нанося
непрерывные удары по СССР и его
сателлитам. Не будучи способна
осуществить экономические или
политические «реформы» без
постановки под вопрос самого своего
существования, сталинистская система
рушится под тяжестью собственных
противоречий. Однако, вопреки лживой
пропаганде относительно «крушения
коммунизма», на самом деле это крах
особенно слабого сегмента капиталистической
мировой экономики, которая как целое
не в состоянии преодолеть свой
исторический кризис.

1989 год-… : Крушение Российского
блока влечет за собой быстрое
исчезновение Западного блока, не
имеющего отныне цементирующего его
«общего врага». Это важнейшее
изменение положения в мире знаменует
вступление капитализма в новую и
окончательную фазу его упадка — период
распада, главные черты которого
охарактеризованы в тезисах, также
данных в приложении к настоящей
брошюре. Здесь достаточно сказать,
что ситуация в России после дезинтеграции
СССР отражает все характеристики этой
новой фазы: на международном уровне
— замена прежнего биполярного
империалистического соперничества
хаотической борьбой всех против всех,
в которой Россия продолжает защищать
свои империалистические амбиции, хотя
и менее «глобальные», чем раньше;
внутри страны — тенденция к дальнейшему
разрушению территориального единства
России, проявляющаяся в националистических
выступлениях и кровавых войнах, вроде
Чеченской; в области экономики —
полное отсутствие финансовой
стабильности, рост инфляции и
безработицы; в социальной сфере —
углубляющийся упадок инфраструктуры,
все большее загрязнение окружающей
среды, распространение психических
заболеваний и наркомании, расцвет
преступных группировок на всех уровнях,
включая и высшие эшелоны государства.

Этот процесс внутренней дезинтеграции
таков, что многие в России уже испытывают
ностальгию по «старым добрым
временам» сталинизма. Но пути назад
нет: капитализм повсюду представляет
собой систему в состоянии смертельного
кризиса, который определенно ставит
человечество перед выбором между
впадением в варварство и коммунистической
мировой революцией. Нынешнее возрождение
революционных элементов в России —
ясное свидетельство того, что, несмотря
на неуклонное пока движение по первому
из обозначенных путей, второй все же
остается открытым.

В этом предисловии мы постарались
показать, что концепция упадка
капитализма вовсе не является чем-то
«чуждым» для подлинного рабочего
движения России; задача нового поколения
российских революционеров состоит в
том, чтобы вызволить эту теорию, как
и само понятие коммунизма, из-под
сталинистского гнета и, таким образом,
помочь вернуть ее рабочему классу
России и всего мира.

Интернациональное
коммунистическое течение,

март 2001 г.