Решение проблем – не финансовое регулирование, а свержение капитализма

 

«Близится крах, и падение будет стремительным». «Абсолютно никто не верит в планы спасения, всем известно, что рынку и бирже конец». «Трейдерам плевать на восстановление экономики, наша работа – делать деньги на этой ситуации». «Каждый вечер я ложусь спать, мечтая о новой рецессии». «В 1929 году зарабатывать на крахе были готовы несколько человек, а сегодня это могут все, не только элита». «Нынешний экономический кризис подобен раку». «Готовьтесь! Сейчас не время надеяться, что правительства решат проблемы. Миром руководят не правительства, а «Голдман Сакс». Этому банку плевать на планы спасения». «Я предсказываю, что в ближайшие месяцы сбережения миллионов людей растают, и это будет только началом…» Так говорил по Би-би-си 26 сентября лондонский трейдер Алезио Растани. Запись интервью с ним постоянно просматривалась в Интернете и наделала много шума1. Разумеется, мы вполне согласны с безрадостной картиной, нарисованной экономистом. Не рискуя, подобно ему, называть точные сроки, мы все же можем с уверенностью утверждать, что капитализм будет погружаться во все более глубокий и опустошительный кризис, и что обнищание постигнет огромное множество людей.

Следует отметить, что в своих заявлениях Алезио Растани повторяет весьма распространенную в последние годы ложь: причина грозящего миру банкротства коренится в финансах… и только в финансах. «Миром руководит «Голдман Сакс»». И всевозможные альтерглобалисты, левые и крайне левые хором вторят: «Какой ужас! Вот причина всех наших бед. Мы должны взять в свои руки контроль над экономикой, пристально следить за банками и спекуляцией. Нужно бороться за более сильное и гуманное государство!» Подобные речи не прекращаются после краха американского финансового гиганта «Леман Братерс» в 2008 году. Ныне даже часть классических правых подхватила «радикальную» критику «дикости финансового мира» и призывает к усилению роли морали и государственного вмешательства в экономику. Эта пропаганда служит дымовой завесой, призванной скрыть истинную причину нынешнего катаклизма – историческое банкротство капитализма. И речь идет не о каком-нибудь терминологическом нюансе. Обвинять либерализм и обвинять капитализм – вещи совершенно различные. С одной стороны, существует иллюзия о возможности реформировать систему эксплуатации. С другой – понимание того, что у капитализма нет будущего, что он должен быть полностью разрушен и заменен новым общественным устройством. Таким образом, нам понятно, почему правящий класс, его СМИ и эксперты так усиленно возлагают всю ответственность за экономические проблемы на финансы, – тем самым они стремятся защитить свою систему и отвлечь умы от размышлений о необходимости радикальных перемен, то есть революции.

Поиск козлов отпущения: «Виноваты трейдеры!»

Уже четыре года подряд каждый биржевой крах сопровождается скандалом с нечестными трейдерами. В январе 2008 года первые полосы газет занимала история с Жеромом Кирвьелем. На него возложили ответственность за трудности французского банка «Сосьете женераль», потерявшего 4,82 миллиарда евро из-за неудачного размещения. Настоящая причина кризиса – лопнувший мыльный пузырь в сфере недвижимости в США – отошла на второй план. В декабре 2008 года под следствием оказался инвестор Бернард Медофф за махинации, нанесшие ущерб в размере 65 миллиардов долларов. Его объявили величайшим мошенником всех времен и народов, что – как нельзя кстати – заставило позабыть о банкротстве американского банковского гиганта «Леман Братерс». В сентябре 2011 года трейдер Квеку Адоболи был обвинен в обмане швейцарского банка UBS на 2,3 миллиарда долларов. По странной «случайности» эта новость совпала с известием об очередном провале мировой экономики.

Конечно, всем известно, что упомянутые лица играют роль козлов отпущения. Банки объясняют их действиями свои неудачи, но подобная аргументация явно шита белыми нитками. Однако массированные кампании в СМИ на эту тему приводят к тому, что все внимание сосредотачивается на прогнившем мире финансов. Образ акул-спекулянтов без стыда и совести запечатлевается в нашем мозгу, становится расхожим стереотипом, затрудняющим понимание реального положения вещей.

Итак, отвлечемся от него немного и задумаемся: каким образом подобные частные случаи могут вообще объяснить угрозу банкротства, нависшую над мировой экономикой? Как бы ни были возмутительны махинации с миллиардами долларов в то самое время, когда миллионы людей в мире умирают от голода; как бы ни были циничны и постыдны высказывания Алезио Растани на Би-би-си о том, что биржевой крах позволит ему разбогатеть на спекуляциях, – все это само по себе никоим образом не объясняет глубину и масштабы кризиса мировой экономики, затронувшего ныне все отрасли и страны. Капиталисты, будь то банкиры или промышленники, всегда заботятся о получении максимальной прибыли, а не о благоденствии человечества. Ничего нового в этом нет. Капитализм с самого своего возникновения является системой бесчеловечной эксплуатации. Это трагически подтверждает варварское, беспощадное обращение с народами Африки и Азии в XVIII и XIX вв. Так что беспредел трейдеров и банков никак не может служить объяснением нынешнего кризиса. Если сегодня финансовые мошенничества приводят к колоссальным потерям и зачастую ставят под угрозу существование отдельных банков, то вызвана подобная нестабильность именно кризисом, а вовсе не наоборот. В 2008 году «Леман Братерс» обанкротился не по причине безответственности своей инвестиционной политики, а из-за того, что летом 2007-го обрушился американский рынок недвижимости, и банк остался с кучей обесценившихся долговых обязательств на руках. С наступлением кризиса субстандартных кредитов обремененные долгами американские домохозяйства оказались неплатежеспособными, и всем стало ясно, что выданные ссуды уже никогда не вернуть.

Термометр, повинный в горячке: «Виноваты рейтинговые агентства!»

Рейтинговые агентства также оказались под перекрестным огнем критики. В 2007 года их объявили некомпетентными за то, что они не учли объемы государственных долгов. Сегодня же, напротив, их винят в излишнем заострении проблемы государственной задолженности в еврозоне (агентство «Муди’c») и США («Стандард & Пур»).

Разумеется, эти организации имеют свои интересы, и суждения их далеки от объективности. Китайские агентства первыми понизили рейтинг США, а американские были более суровы к Европе, чем к собственной стране. Верно и то, что финансисты используют каждое снижение рейтинга для спекуляций, что еще больше ухудшает экономическую конъюнктуру. В таких случаях специалисты говорят о «самореализуемых прогнозах».

На самом же деле все эти агентства сознательно приуменьшают серьезность положения; их рейтинги значительно преувеличивают реальную кредитоспособность некоторых банков, предприятий и государств. Агентства, бесспорно, не заинтересованы в том, чтобы слишком сурово критиковать столпы финансов, дабы не вызвать паники, ведь мировая экономика представляет собой тот самый сук, на котором все они сидят. И если они идут на понижение рейтинга, то лишь вынужденно, дабы не подорвать окончательно доверие к себе. Полностью отрицать тяжелое положение мировой экономики было бы нелепо, никто этому не поверил бы; с точки зрения правящего класса гораздо умнее признать определенные недостатки, чтобы приуменьшить проблемы, имманентные своей системе. Обвинителям рейтинговых агентств все это прекрасно известно. Они ругают термометр, чтобы никто не задумывался о странной болезни, постигшей мировой капитализм – из страха, как бы люди не догадались, что хворь эта неизлечима!

Путаница причины и следствия: «Виноваты финансовые проблемы!»

Критика трейдеров и рейтинговых агентств является составной частью пропаганды, имеющей целью подчеркнуть иррациональность и гипертрофию финансов. Как обычно, ложь здесь сдобрена толикой правды. Действительно, нельзя не признать, что финансовый мир за последние десятилетия чудовищно разбух и становится все более безумным.

Доказательств тьма. В 2008 году общемировой объем финансовых трансакций достиг 2 200 000 млрд. долларов, в то время как совокупный ВВП планеты – только 55 млрд.2 То есть спекулятивная экономика в 40 раз превышает экономику реальную! И на протяжении ряда лет эти миллиарды инвестировались самым безумным и непродуктивным образом. Яркий пример тому – продажи без покрытия (ПБП). Что это означает? «Механизм продажи без покрытия таков: сначала продается товар, который нам не принадлежит, для последующего выкупа. Цель биржевой игры состоит в том, чтобы, продав товар по определенной цене, выкупить его по цене более низкой и на этом сделать прибыль. Как видим, это схема ровно обратная тому, когда за покупкой следует продажа»3. ПБП ведет к привлечению массированных спекулятивных финансовых потоков к определенным активам, и интерес к понижению последних может повлечь за собой банкротство их владельцев. Сегодня вокруг подобной практики разгорается скандал. Многие экономисты и политики объясняют нам, что именно здесь заключается главная проблема, основная причина банкротства Греции и падения евро. И предлагают простое решение: запретить ПБП, и все вновь станет к лучшему в лучшем из миров. Бесспорно, продажи без покрытия представляют собой чистое безумие и ускоряют распад целых секторов экономики. Но вот именно что «ускоряют», а не служат причиной! Чтобы подобные продажи приносили большую прибыль, кризис должен свирепствовать вовсю. Тот факт, что капиталисты в массовом порядке играют на понижение, а не на повышение активов, на самом деле отражает их полное неверие в будущее мировой экономики. Вот почему на рынке все меньше стабильности и долгосрочных инвестиций: последние являются обыкновенно «точечными» и краткосрочными, безо всякой заботы о поддержании предприятий, ибо уже почти не осталось промышленных отраслей, надежных и рентабельных в долгосрочной перспективе. И здесь, наконец, мы нащупываем корень проблемы: так называемая «реальная» или «традиционная» экономика уже на протяжении десятилетий погружается во все более глубокий маразм. Капиталы бегут из этой сферы, она становится все менее рентабельной. Мировой рынок насыщен непродаваемыми товарами, заводы работают вполсилы. В результате капиталисты инвестируют средства в спекуляции, в «виртуальный» сектор. Отсюда гипертрофия финансовой сферы, которая является лишь симптомом неизлечимой болезни капитализма – перепроизводства.

Как заставить эксплуатируемых уповать на государство: обвинить во всем либерализм

Борцы с либерализмом согласны с тем, что мировая экономика переживает разруху. Но у них и мысли не возникает о том, что причиной тому – невозможность дальнейшего развития капитализма; они отрицают упадочный характер системы. Ведущие идеологи альтерглобализма объясняют разрушение промышленности начиная с 60-х гг. дурной политикой, то есть ультралиберальными доктринами. Они вполне согласны с трейдером Алезио Растани в том, что «миром руководит «Голдман Сакс»». И выступают за усиление государственного вмешательства и руководства, за развитие государственной социальной политики. Исходя из критики либерализма, они впаривают нам очередную туфту, этатизм: «Чем решительнее государство будет управлять финансами, тем более социально ориентированную и процветающую экономику мы построим».

«Больше государства» никак не решит экономические проблемы капитализма. Повторим – основы этой системы подрывает ее естественное стремление производить больше товаров, чем способны поглотить ее рынки сбыта. На протяжении десятилетий ей удавалось избежать экономического паралича, отправляя излишки продукции на искусственно созданный при помощи ссуд рынок. Иными словами, с 60-х гг. капитализм выживал в кредит. Вот почему сегодня частные лица, предприятия, банки, государства изнемогают под тяжестью колоссального груза долгов. Недаром нынешнюю рецессию окрестили «кризисом задолженности». А что сделали государства через свои центральные банки, во главе с Федеральным резервным банком США и европейским Центробанком после банкротства «Леман Братерс» в 2008 году? Потратили миллиарды долларов, лишь бы избежать дальнейших банкротств. А откуда взялись эти суммы? За счет новых кредитов! Так что задолженность лишь превратились из частной в государственную, а это сулит в будущем банкротства целых государств, впрочем, подобное уже сегодня происходит в Греции. И грядущие потрясения обещают обрести невиданные прежде масштабы4.

«Но даже если государство не избавит от кризиса, оно все-таки может защитить нас, стать более социальным», – хором твердят «левые». Они забывают, что государство всегда было худшим из начальников. Огосударствление никогда не несло трудящимся ничего хорошего. После второй мировой войны проводились масштабные национализации с целью возродить разрушенное производство за счет усиления темпов работы. Тогда же Торез, генеральный секретарь французской компартии и по совместительству вице-премьер правительства во главе с де Голлем, – бросил в лицо рабочему классу, а именно трудящимся госсектора: «Если горняки умрут на рабочем месте, их заменят их жены». И еще: «Засучите рукава ради национального возрождения!» А также: «Забастовка – орудие трестов». В общем, добро пожаловать в чудесный мир национализированной промышленности! И здесь нет ничего неожиданного или удивительного. Начиная со времен Парижской Коммуны 1871 года революционеры-коммунисты неизменно указывали на глубоко антипролетарский характер государства. «Современное   государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина,  государство   капиталистов ,  идеальный  совокупный капиталист. […] Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного  капиталиста  и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать. Рабочие останутся наемными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения не уничтожаются, а, наоборот, доводятся до крайности, до высшей точки». Фридрих Энгельс написал эти строки в 1878 году (в работе «Развитие социализма от утопии к науке» - Прим. пер.) – и уже тогда государство начинало опутывать своими щупальцами все общество, налагать свою железную руку на руководство всей национальной экономикой, как государственными предприятиями, так и крупными частными корпорациями. С тех пор государственный капитализм только упрочился; национальная буржуазия в боевой готовности выстраивается за своим государством, чтобы участвовать во всеобщей беспощадной мировой торговой войне.

«Нас спасут страны БРИК»: в экономике чудес не бывает

Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР (так называемые страны БРИК) в последние годы добились впечатляющих экономических успехов. Китай, например, сегодня рассматривается как вторая мировая сверхдержава, и многие полагают, что она вскоре отберет первенство у США. Столь зримый успех внушает экономистам надежду, что эта группа стран могла бы стать локомотивом мировой экономики, подобно Соединенным Штатам после второй мировой войны. Недавно, в связи с риском распада еврозоны, погрузившейся в кризис государственной задолженности, Китай предложил даже оказать помощь в восстановлении итальянских финансов. Это порадовало альтерглобалистов: верховенство американского ультралиберализма, величайшее зло последних десятилетий, миновало, рост влияния стран БРИК обещает в будущем более гармоничный и справедливый мир. Подобное упование на развитие стран БРИК, которое равно разделяют альтерглобалисты и крупная буржуазия, было бы просто смешно, если бы не указывало прямо на глубокие связи обоих с миром капитала.

Надежда быстро сменится разочарованием, ибо вся история с «экономическим чудом» сильно отдает дежа-вю. Аргентина и «азиатские тигры» в 1980-1990-х годов, а затем Ирландия, Испания и Исландия также некогда объявлялись странами «экономических чудес». Но чудес, как известно, не бывает. Быстрый рост перечисленных стран обуславливался массированными кредитами. И всех их постигла общая участь: рецессия и банкротство. То же самое произойдет со странами БРИК. Уже сегодня вызывает тревогу реальная задолженность китайских провинций, замедление роста и инфляция. Впрочем, президент китайского государственного инвестиционного фонда «Чайна Инвестмент корп.» Гао Сицин не так давно заявил: «Мы не спасатели. Нам самим спасаться надо». Точнее не скажешь!

Правда состоит в том, что капитализм не имеет ни решения, ни будущего

Реформировать капитализм невозможно. Всякий реалист должен признать, что только революция позволит избежать катастрофы. Капитализм, как прежде рабовладение и феодализм, является системой эксплуатации, обреченной на исчезновение. Развиваясь на протяжении двух веков, XVIII-го и XIX-го, капитализм, завоевав всю планету, перешел на стадию упадка с развязыванием первой мировой войны. Великая депрессия 30-х гг., а затем кровавая бойня второй мировой подтвердили, что система морально устарела и агонизирует, и человечеству, чтобы выжить, необходимо свергнуть ее. Но после 50-х гг. уже не случалось столь глубокого кризиса, как в 1929-м. Буржуазия научилась уменьшать ущерб и восстанавливать экономику; что побуждает многих верить, будто нынешний кризис – всего лишь очередное по счету потрясение, и вскоре рост экономики возобновится, как уже не раз происходило за последние пятьдесят лет. На самом же деде рецессии 1967, 1970-71, 1974-75, 1991-93, 1997-98 (в Азии) и 2001-2002 гг. только подготавливали сегодняшнюю драму. В самом деле, всякий раз буржуазия придавала экономике новый импульс, все шире открывая кредитные клапаны. Ей никогда не удавалось решить свою системную проблему – хроническое перепроизводство; она лишь откладывала час расплаты, делая новые долги, и сегодня вся система задыхается под тяжестью кредитов: все отрасли, все страны обременены задолженностью. Так что погоня за ссудами подходит к концу. Надо ли говорить, что это вызовет коллапс экономики, и не только? Буржуазия без боя не сдастся. Сегодня стоящая перед правящим классом альтернатива подобна выбору между чумой и холерой: драконовские меры жесткой экономии или дополнительная денежная эмиссия. Первые вызовут глубокую рецессию, вторая – всплеск неконтролируемой инфляции.

Отныне чередование кратких фаз спада и длительных периодов финансового оживления при помощи кредитов окончательно ушло в прошлое: впереди – резкий рост безработицы, нищеты и варварства. За краткими периодами возрождения (как в 2010 году), играющих роль кратковременных «глотков кислорода», последуют новые экономические катаклизмы. Те, кто утверждают обратное, напоминают самоубийцу, который бросился с небоскреба и, пролетая каждый этаж, повторяет: «Пока все хорошо». Помнится, в начале Великой депрессии 1929 года американский президент Гувер тоже говорил, что «процветание ждет нас за углом». Единственное, что невозможно предсказать с уверенностью, – это то, как будет человечество выходить из положения. Сгинет ли оно вместе с капитализмом? Или сумеет построить новый мир солидарности и взаимопомощи, без классового разделения и государства, без эксплуатации и подчинения прибыли? Как писал Энгельс более ста лет назад: «Буржуазное общество стоит перед дилеммой: или переход к социализму, или возвращение к варварству!». Ключ к будущему – в руках рабочего класса, в его борьбе, объединяющей трудящихся, безработных, пенсионеров и временно занятую молодежь.

Павел,

29 сентября.

4 Столь же тупиковыми являются предложения усилить вмешательство европейских или мировых органов в экономику: независимо от того, действуют государства в одиночку или сообща, они все равно не способны предложить эффективного и долгосрочного решения проблемы. Их совместные шаги позволяют лишь несколько замедлить развитие кризиса.