Известия о нашей смерти сильно преувеличено… Чрезвычайная конференция ИКТ

В мае этого года состоялась чрезвычайная международная конференция ИКТ. Уже некоторое время наша организация переживает кризис, эпицентр которого находится в нашей старейшей секции – французской. Созыв чрезвычайной конференции помимо наших регулярных международных конгрессов обусловлен необходимостью всесторонне проанализировать кризис и выработать способы его преодоления. В прошлом, в 1982 и 2002 гг., организация уже проводила чрезвычайные международные конференции в соответствии с нашим уставом, который предусматривает их созыв, когда возникает опасность пересмотра основополагающих принципов ИКТ1.

На III чрезвычайной конференции ИКТ были представлены делегаты всех его секций, которые приняли активное участие в дискуссии. Те секции, представители которых не смогли лично прибыть на конференцию (по причине шенгенских барьеров), прислали изложение своих позиций по различным вопросам повестки дня и предложенным на обсуждение резолюциям.

Кризисы не всегда губительны

Эта новость, возможно, встревожит наших корреспондентов и сторонников; а врагов ИКТ охватит радостный трепет. Некоторые из них даже уверились, что это – «финальный» кризис, предвещающий нашу ликвидацию. Такого рода предсказания уже делались во время предшествующих кризисов нашей организации. 32 года назад, сразу после кризиса 1981-1982 гг., мы – как и сегодня – отвечали нашим критикам, перефразируя Марка Твена: «Известия о нашей смерти сильно преувеличены».

Кризисы не обязательно являются признаком раскола или неминуемого и скорейшего краха. Напротив, их существование может быть признаком здорового сопротивления некому подспудному процессу, который беспрепятственно развивался и, предоставленный самому себе, мог привести к катастрофе. Таким образом, кризисы, возможно, служат проявлением реакции на опасность и борьбы против серьезных проблем, которые способны вызвать раскол. Кризисы могут стать ключевыми моментами и открыть возможность выявить истоки возникших трудностей, определить их причины и способы преодоления. В конечном счете, организация от этого только выиграет, сплотит свои ряды и закалит активистов для грядущих битв.

Так, например, Российская социал-демократическая рабочая партия (РСДРП) получила известность во II Интернационале (1889-1914 гг.) своими постоянными кризисами и расколами, и потому к ней относились с некоторой долей презрительности наиболее влиятельные партии Интернационала, такие, как Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), которая, казалось, шла от успеха к успеху, неуклонно наращивая как численность своих членов, так и число голосов, полученное ей на выборах. Однако кризисы, потрясавшие РСДРП, и борьба большевистского крыла за их преодоление и извлечение уроков из них упрочили позиции революционного меньшинства и подготовили его к выступлению против империалистической войны в 1914 году и к роли авангарда Октябрьской революции 1917-го. И наоборот, показное единство и «отсутствие проблем» внутри СДПГ (которое подвергали сомнению лишь «смутьяны» вроде Розы Люксембург) привели эту партию к полному и бесповоротному краху в 1914 году, к решительному отречению от принципов интернационализма в условиях Первой мировой войны.

В 1982 году ИКТ осознало, что переживает кризис (вызванный усилением левацкой путаницы и призывов к бессмысленному активизму, которые позволили такому элементу, как Шенье2 нанести значительный ущерб нашей британской секции). Оно воспользовалось этим, чтобы глубже осмыслить принципы своей функции и функционирования (см. установочные тексты «К вопросу о функционировании организации» и «Доклад о функции революционной организации»). Преодолев тогдашний кризис, ИКТ приняло новый Устав.

«Бордигистская» Интернациональная коммунистическая партия («Коммунистическая программа»), являвшаяся в то время самой многочисленной группой левых коммунистов, также столкнулась тогда с аналогичными, но еще более серьезными трудностями, однако не смогла извлечь из них должных уроков и в итоге распалась как карточный домик, лишившись почти всех своих секций и активистов (см. статью «Потрясения в революционных кругах» в № 33 «Ревю энтернасьональ»).

ИКТ не только вовремя распознало свои внутренние кризисы, но и действовало сообразно принципу, позаимствованному у большевиков: не утаивать обстоятельств произошедшего и извлеченных из них уроков, а, напротив, максимально прояснять их (в отличие от других революционных групп, которые скрывают свои внутренние проблемы от пролетариата). Мы убеждены, что преодоление внутренних кризисов революционных организаций позволяет еще более ярко подчеркнуть общие истины и принципы борьбы за строительство коммунизма.

В 1904 году в предисловии к работе «Шаг вперед, два шага назад» В.И. Ленин писал: «[Наши противники] злорадствуют и кривляются, наблюдая наши споры; они постараются, конечно, выдергивать для своих целей отдельные места моей брошюры, посвященной недостаткам и недочетам нашей партии. Русские социал-демократы уже достаточно обстреляны в сражениях, чтобы не смущаться этими щипками, чтобы продолжать, вопреки им, свою работу самокритики и беспощадного разоблачения собственных минусов, которые непременно и неизбежно будут превзойдены ростом рабочего движения. А господа противники пусть попробуют представить нам картину действительного положения дел в их “партиях”, хоть отдаленно приближающуюся к той, которую дают протоколы нашего второго съезда!»

Мы, как и Ленин, считаем также, что, несмотря на радость врагов при виде наших трудностей (которые толкуют их вкривь и вкось со своей колокольни), подлинные революционеры учатся на своих ошибках и только становятся сильнее.

Вот почему мы публикуем здесь краткий отчет о развитии кризиса в ИКТ и о той роли, которую сыграла наша чрезвычайная конференция в его разрешении.

Характер нынешнего кризиса в ИКТ

Эпицентром нынешнего кризиса в ИКТ стала французская секция, где начала открыто проводиться прежде тщательно скрываемая от всей организации кампания по очернению одной из товарищей – причем столь успешно, что даже ее присутствие в организации рассматривалось отдельными активистами как препятствие к развитию последней. Понятно, что наличие подобной практики поиска козла отпущения, на которого возлагается ответственность за все организационные проблемы, само по себе недопустимо в коммунистической организации, которая должна нетерпимо относиться к травле, распространенной в буржуазном обществе и порожденной буржуазной моралью с ее принципом «каждый за себя и Бог за всех». Ответственность за трудности, с которыми сталкивается организация, лежит на всей организации. Неофициальная кампания остракизма в отношении одного из членов организации ставит под сомнение сам принцип коммунистической солидарности, лежащий в основе ИКТ.

Мы не довольствовались тем, что положили конец подобной кампании, как только она получила широкую огласку, став известной центральному органу ИКТ.

Такие вещи нельзя отмести, как простое недоразумение. Нам пришлось проследить развитие ситуации до самых истоков и понять, как и почему подобное бедствие, столь явное попрание одного из основополагающих коммунистических принципов, могло вновь возникнуть в наших рядах. Поэтому чрезвычайная конференция поставила своей задачей выработку общей позиции по данному вопросу и тех мер, которые способствовали бы недопущению аналогичных событий в будущем.

Одной из задач чрезвычайной конференции стало ознакомление с итоговым докладом суда чести, создания которого потребовала в начале 2013 года сама оклеветанная активистка, и вынесение своего решения. Недостаточно было общего мнения о том, что против нашего товарища использовались методы клеветы и очернения; требовались убедительные доказательства. Нужно было тщательно проанализировать все выдвинутые против нее обвинения и установить их происхождение. И публично опровергнуть наветы и бездоказательные утверждения с тем, чтобы не оставлять место никакой двусмысленности и не допустить повторения клеветнических кампаний в будущем. После года работы суд чести (состоящий из представителей четырех секций ИКТ) опроверг как безосновательные все обвинения (и в частности, россказни особенно постыдного характера, распространяемые одним активистом)3. Суд чести сумел доказать, что эта кампания травли на самом деле стала результатом проникновения в ряды организации мракобесных предрассудков, питаемых духом кружковщины (в частности, унаследованной от прошлого своего рода «культуры сплетен», от которой не все активисты еще полностью избавились). Уделяя такое внимание суду чести, ИКТ на практике применил еще один завет революционного движения: всякий активист, в чей адрес высказывались подозрения, бездоказательные обвинения и наветы, обязан требовать суда чести. Отказ от этого служит косвенным подтверждением обоснованности обвинений.

Суд чести также служит «сохранению здорового духа в революционных организациях», как утверждал Виктор Серж в книге «Что каждый революционер должен знать о репрессиях», поскольку недоверие между активистами есть яд, который способен быстро погубить революционную организацию.

Впрочем, полиции об этом тоже прекрасно известно, и она, как показывает история рабочего движения, старалась методически разжигать или провоцировать недоверие, чтобы разрушить революционные организации изнутри. Ярким примером является работа сталинского ГПУ в троцкистском движении Франции и другим стран в 1930-е гг. На самом деле кампании очернения и клеветы в адрес отдельных активистов являлись приоритетным оружием буржуазии, чтобы вызвать враждебность к рабочему движению как таковому и между отдельными его составляющими.

Вот почему революционные марксисты неизменно прилагали все усилия, чтобы разоблачать подобные нападки на коммунистические организации.

В эпоху Московских процессов 1930-х гг. изгнанный из СССР Лев Троцкий потребовал суда чести (известного как Комиссия Дьюи), чтобы опровергнуть отвратительные клеветнические обвинения, выдвинутые против него на процессах прокурором Вышинским4. Маркс на целый год прервал работу над «Капиталом» (в 1860 году), чтобы написать книгу с систематическим опровержением наветов «господина Фогта».

Одновременно с работой суда чести организация, вооружившись теорией, пыталась установить происхождение нынешнего кризиса. После кризиса 2001-2002 гг. мы провели серьезное теоретическое исследование, направленное на понимание того, как в нашей организации могла возникнуть так называемая фракция, члены которой вели себя словно беспредельщики и стукачи: тайно распространяли слух о том, что один из наших активистов работает на спецслужбы, украли организационные деньги и имущество (в частности, базу данных адресов наших членов и подписчиков), шантажировали, угрожали смертью одному из товарищей, публиковали сведения внутреннего характера, облегчая тем самым работу полиции, и т. п. Эта гнусная фракция с повадками гангстеров (что весьма напоминало тенденцию Шенье во время кризиса 1981 года) известна как ВФ ИКТ (Внутренняя фракция ИКТ)5.

Подобный опыт побудил ИКТ исследовать исторические и теоретические аспекты проблемы морали. В №№ 111 и 112 «Ревю энтернасьональ» мы опубликовали установочный текст «Доверие и солидарность в борьбе пролетариата», а в №№ 127 и 128 того же журнала – статью «Марксизм и этика». В связи с данными теоретическими разработками наша организация провела историческое исследование социального феномена погромов – этой антитезы коммунистическим ценностям, которой был проникнут менталитет членов ВФ ИКТ, стремившимися своими низкими интриги разрушить нашу организацию. На основе этих первых опытов теоретической работы, посвященной различным аспектам коммунистической морали, ИКТ осмыслила глубинные причины сегодняшнего кризиса. Поверхностный подход, оппортунистические и «увриеристские» уклоны, бессмысленный левацкий активизм с упором на участие в борьбе за сиюминутные требования в ущерб теоретической работе и дискуссиям, стремление побыстрее добиться результатов и пренебрежение работой, имеющей долговременную перспективу, – все это в совокупности способствовало развитию кризиса внутри ИКТ. Таким образом, нынешний кризис можно оценить как «интеллектуальный и моральный»; он сопровождался нарушениями Устава ИКТ6.

Борьба в защиту моральных принципов марксизма

Чрезвычайная конференция очень подробно проанализировала марксистское понимание морали, чтобы подготовить теоретические основы нашей деятельности на будущее. Мы намерены продолжить дискуссию в организации и разработку этого вопроса как основного средства нашего послекризисного обновления. Без революционной теории не может быть революционной организации.

Этическая сторона коммунистического проекта неотделима от него. И именно она подвергается наибольшей угрозе в капиталистическом обществе, которое процветало на основе эксплуатации и насилия, «источая кровь и грязь из всех своих пор», как писал Маркс в «Капитале». Эта угроза особенно усилилась в период упадка капитализма, когда буржуазия постепенно отказывалась от своих собственных моральных принципов, которые защищала в либеральный период экспансии капитализма. Этот процесс еще больше ускорился на конечной стадии упадка капитализма, в период социального распада, первым проявлением которого стал крах Восточного блока в 1989 году. Сегодня капиталистическое общество все меньше скрывает собственное варварство, даже гордится им. Мы видим это во всех аспектах общественной жизни: быстрое распространение вооруженных конфликтов и жестокость используемых методов, основной целью которых как будто является унижение жертв перед их убийством; рост бандитизма и его прославление в кино и музыке; гонения на тех, кого выставляют козлами отпущения, возлагая на них ответственность за преступления капитализма и страдания масс; усиление ксенофобских настроений в отношении иммигрантов и травля их на рабочих местах; рост насилия против женщин, сексуальных домогательств и женоненавистничества (в том числе в школах и в молодежных бандах в рабочих районах). Цинизм, ложь и лицемерие более не считаются предосудительными и преподаются в школах «менеджмента». Самые элементарные ценности жизни в обществе – не говоря уже о коммунистических – опошляются по мере загнивания капитализма.

Члены революционных организаций не могут избежать влияния окружающего их социума, варварского образа мыслей и стиля поведения. У них нет иммунитета к тлетворной атмосфере распада буржуазного общества, особенно если рабочий класс (как и происходит сегодня) остается относительно пассивным и дезориентированным, а, следовательно, неспособным предложить свою альтернативу длительной агонии капиталистического строя. Подвержены загниванию и другие слои общества, притом, что близки к пролетариату по условиям жизни. Бессилие и традиционные фрустрации мелкой буржуазии, промежуточного слоя между пролетариатом и буржуазией, не имеющего исторического будущего, – резко усиливаются и находят выражение в погромных настроениях, мракобесии и «охоте на ведьм», которые дают ей почувствовать себя сильной, преследуя отдельные личности или меньшинства (этнические, религиозные и др.), обвиненные в «разжигании смуты».

Таким образом, рассмотрение проблемы морали на нашей чрезвычайной конференции 2014 года представляло особенную необходимость. Действительно, бурное развитие кризиса 2001-2002 гг., низостные действия ВФ ИКТ, авантюристическое и циничное поведение некоторых ее членов помешали осознанию ИКТ более глубинных, подспудных процессов, которые создали почву для погромных настроений, служивших цементирующим раствором для этой так называемой фракции7. Из-за серьезных потрясений, вызванных гнусными действиями ВФ ИКТ более десяти лет назад, в ИКТ возникло сильное стремление «вернуться к нормальной жизни» в иллюзорной надежде на передышку. Утвердилась тенденция к пренебрежению теоретическими и историческими исследованиями организационных вопросов с одновременным ростом интереса к более практическим проблемам участия в повседневной классовой борьбе, а также методический, но при этом поверхностный подход к оргстроительству. Хотя были приложенны значительные усилия к теоретическому осмыслению вопросов, связанных с кризисом 2001-2002 гг., оно все больше рассматривалось как нечто второстепенное, вспомогательное, а не жизненно важное, ключевое для будущего революционной организации.

Медленный и трудный подъем классовой борьбы в 2003 году и высокая готовность политических кругов к дискуссиям с левыми коммунистами только усугубили подобную слабость. Кое-кто в ИКТ стал забывать наши организационные принципы и завоевания, с пренебрежением относиться к теории. Устав организации, в котором изложены принципы централизации и интернационализма, начали игнорировать, предпочитая обывательскую практику кружковщины, общепринятого здравомыслия, иными словами, «религию повседневной жизни» (как выразился Маркс в 1-м томе «Капитала»). Незаметно стал прогрессировать оппортунизм.

Однако другие противились подобной тенденции к разочарованию в теоретических вопросах, политической амнезии и склерозу. В частности, одна из товарищей выступила с открытой критикой оппортунистического уклона, из-за чего ее постепенно стали считать «склочницей» и препятствием нормальному, рутинному функционированию организации. Вместо того, чтобы дать последовательный политический ответ на критику и аргументацию товарища, оппортунисты начали за глаза распространять клевету в ее адрес. Другие товарищи (в частности, из французской и немецкой секций ИКТ), разделявшие критический подход активистки к оппортунистическому уклону, также стали «побочными жертвами» кампании диффамации.

Таким образом, чрезвычайная конференция убедительно показала, что сегодня, как и в прошлом, кампании по очернению тесно связаны с оппортунизмом. Действительно, в истории рабочего движения первые являлись крайним проявлением второго. Роза Люксембург, которая, будучи глашатаем левых марксистов, беспощадно обличала оппортунизм, систематически становилась объектом поношений со стороны лидеров и бюрократов немецкой социал-демократии. Перерождение большевистской партии и III Интернационала сопровождалось беспрестанной клеветой и гонениями на «старую гвардию» большевиков, в частности, Льва Троцкого.

Таким образом, ИКТ пришлось возвратиться к рассмотрению классического понимания оппортунизма в истории рабочего движения, в том числе и на основе собственного опыта.

Необходимость борьбы против оппортунизма (и его примиренческой ипостаси – центризма) находилась в центре работы чрезвычайной конференции: кризис в ИКТ требовал упорного искоренения первопричин наших трудностей, которые были выявлены и проявились в стремлении создать некий «кокон» внутри ИКТ, превратить организацию в «клуб по интересам» и занять свою нишу в распадающемся буржуазном обществе. На самом деле революционная деятельность есть постоянная борьба против влияния господствующей и других идеологий, чуждых пролетариату, которые незаметно просачиваются в революционные организации. Эта борьба должна стать нормой жизни коммунистической организации в целом и каждого ее члена.

Нетерпимость ко всякому поверхностному соглашательству, обязанность каждого активиста излагать свои политические позиции перед лицом всей организации, необходимость отстаивать свою очку зрения в спорах при помощи серьезных и последовательных политических аргументов, умение выслушивать и принимать к сведению критику – таковы требования, которым конференция уделила особое внимание. Как подчеркивается в принятой ею Резолюции о деятельности: «5d) Революционный активист должен отстаивать классовые позиции пролетариата и свои идеи. Это не вопрос выбора активиста, а его обязанность. Иначе невозможна борьба за истину, которая рождается лишь в столкновении идей, когда каждый активист отстаивает свою точку зрения. Организация должна знать позиции всех своих членов, пассивное согласие бесполезно и контрпродукивно. […] Пролетарская мораль требует брать ответственность на себя и быть честным».

Нынешний кризис ИКТ – не «финальный»

Накануне нашей чрезвычайной конференции в Интернете был опубликован «Призыв к пролетарскому лагерю и активистам ИКТ», возвещающий «финальный кризис» нашей организации, что в полной мере показало необходимость борьбы в защиту коммунистической организации и ее принципов от тех, кто стремится ее уничтожить. Сей особенно омерзительный призыв исходит от так называемой Международной группы левых коммунистов (МГЛК), за которой на самом деле скрывается гнусная ВФ ИКТ, объединившаяся с элементами из монреальской группы «Класбатало». Текст этот проникнут ненавистью к некоторым нашим товарищам и призывает к погрому. И наглядно свидетельствует о том, что МГЛК имеет доступ к внутренним документам ИКТ. Ее намерения ясны: попытаться саботировать нашу чрезвычайную конференцию, посеять раздоры и склоки в ИКТ, распространяя подозрения в наших рядах (и давая понять: в ИКТ есть предатель, пособник МГЛК, сливающий ей наши внутренние бюллетени)8.

Чрезвычайная конференция высказала свою позицию в связи с «призывом» МГЛК: для всех активистов ясно, что бывшая ВФ ИКТ в очередной раз (и еще более пагубным образом) делает работу полиции так, как красноречиво описал Виктор Серж в своей книге «Что каждый революционер должен знать о репрессиях» (на основе архивов царской полиции, ставших достоянием общественности после Октябрьской революции 1917 года)9.

МГЛК, использовавшая методы, достойные политической полиции Сталина и немецкой «Штази», не достигла своей цели; она не только не сумела внести раскол в наши ряды, но и вызвала всеобщее негодование, показав внешнее измерение нашего внутреннего кризиса, а также сплотила активистов ИКТ под лозунгом рабочего движения «Один за всех и все за одного!» (который привел Иосиф Дицген в книге «Сущность головной работы человека», названной Марксом «философией пролетариата»). Полицейская атака МГЛК (бывшей ВФ ИКТ) помогла всем нашим членам еще яснее осознать, что внутренние слабости организации, недостаток бдительности в условиях постоянного давления господствующей идеологии сделали нас уязвимыми для махинаций наших врагов, чьи намерения уничтожить ИКТ не вызывают сомнения.

Чрезвычайная конференция одобрила огромную и серьезную работу, проделанную судом чести. Она также приветствовала мужество нашей активистки, которая потребовала создать этот суд, поскольку подверглась преследованиям из-за политических разногласий10. Ибо лишь трусы и те, кто знает за собой вину, отказываются предстать перед подобными комиссиями, деятельность которых – неотъемлемая часть рабочего движения. И это было своевременно: потребность каждого товарища бороться вместе была более необходимой, чем когда-либо.

Чрезвычайная конференция не могла положить конец борьбе ИКТ против этого «интеллектуального и морального кризиса», которая обязательно будет продолжена, но она указала организации однозначный ориентир – начать внутреннее теоретическое обсуждение «Тезисов о морали», предложенных центральным органом ИКТ. Разумеется, в дальнейшем, когда дискуссия достигнет достаточной степени зрелости, в нашей печати найдут отражение представленные в ходе ее позиции.

Некоторые из наших читателей, возможно, сочтут, что сосредоточенность ИКТ на своем внутреннем кризисе и борьбе против нападок в полицейском духе, мишенью которых мы стали, является проявлением «болезненного нарциссизма» или «коллективным параноидальным бредом». Согласно такой точке зрения, озабоченность непреклонной защитой наших организационных, программных и этических принципов является отклонением от решения непосредственных практических задач и «здравомыслия», заключающегося в том, чтобы максимально наращивать наше влияние в ходе повседневной борьбы рабочего класса. Подобная точка зрения воспроизводит – по сути, но в ином контексте – аргументацию оппортунистов, которые сравнивают спокойное функционирование СДПГ с потрясаемой кризисами РСДРП накануне первой мировой войны. Стремление уйти от разногласий, не допустить столкновения политических аргументов во имя «сохранения единства» любой ценой ведет к неминуемому исчезновению организационных революционных меньшинств.

Защита основополагающих коммунистических принципов, как ни далека она может показаться от сегодняшних потребностей и уровня сознательности рабочего класса, является, тем не менее, первоочередной задачей революционных меньшинств. Наша решимость вести неуклонную борьбу в защиту коммунистической морали, которая лежит в основе принципа солидарности, является ключевой для сохранения организации, окруженной миазмами распада капиталистического общества, которые неизбежно пропитывают все революционные организации. Только политическое вооружение, усиление теоретической работы позволит нам эффективно противостоять этой смертельной угрозе. Мало того, без решительной защиты этики класса-строителя коммунизма существенно уменьшаются шансы на то, что развитие классовой борьбы приведет к революции и последующему образованию подлинно единой всемирной человеческой общности.

На чрезвычайной конференции 2014 года стала ясна одна вещь: возвращение к «нормальной жизни» во всех аспектах деятельности ИКТ невозможно.

В отличие от кризиса 2001 года, нас радует то, что товарищи, принявшие участие в иррациональном осуждении «козла отпущения», осознали серьезность своего заблуждения. Они самостоятельно приняли решение остаться лояльными ИКТ и его принципам и сегодня участвуют в борьбе за укрепление рядов организации. Как и ИКТ в целом, они вовлечены в работу по глубокому осмыслению теории, которая в прошлом во многом недооценивалась. Руководствуясь изречением Спинозы: «Не смеяться, не плакать, а понимать», – ИКТ взялось на деле реализовать фундаментальное положение марксизма о том, что борьба пролетариата за строительство коммунизма имеет не только «экономическое» измерение (как воображают вульгарные марксисты), но и, главное, «интеллектуальное и моральное» измерение (как неизменно подчеркивали, в частности, Ленин и Роза Люксембург).

Так что мы вынуждены огорчить наших хулителей всякого толка: в ИКТ в ближайшей перспективе не ожидается никакого нового паразитического раскола, как это происходило во время наших предыдущих кризисов. Нет никакой перспективы создания новой «фракции», способной поддержать «Призыв» МГЛК к погрому своих же товарищей («Призыв», лихорадочно ретранслируемый в различных социальных сетях, в частности, небезызвестным Пьером Гемпелем, который считает себя представителем «мирового пролетариата». Напротив, полицейские методы МГЛК (которую поддерживает «критическое» течение в буржуазной и реформистской Новой антикапиталистической партии!11) лишь вызвали общее негодование активистов ИКТ и усилили их решимость бороться за укрепление рядов организации.

Так что известия о нашей смерти сильно преувеличено и преждевременно!

Интернациональное Коммунистическое течение

 

1 Как и чрезвычайная конференция 2002 года (см. статью «Чрезвычайная конференция ИКТ: борьба в защиту организационных принципов» в № 110 «Ревю энтернасьональ», http://fr.internationalism.org/french/rint/110_conference.html), конференция 2014 г. отчасти заменила очередной конгресс нашей французской секции. Некоторые заседания проходили по повестке чрезвычайной международной конференции, другие – конгресса французской секции, о чем вскоре появится отчет в «Революсьон энтернасьональ».

2 Шенье был членом французской секции, исключенным летом 1981 года за проведение тайной кампании по очернению центральных органов ИКТ и некоторых их наиболее опытных членов с целью настроить одних активистов против других. При этом его поведение странным образом напоминало деятельность ГПУ в троцкистском движении в 1930-е гг. Через несколько месяцев после своего исключения Шенье занял ответственный пост в аппарате Французской социалистической партии, стоявшей в то время у власти.

3 Одновременно в ходе неформальных дискуссии между членами французской секции некоторыми активистами «старшего» поколения распространялись скандальные сплетни в адрес основателя ИКТ Марка Хирика, без которого наша организация не возникла бы вообще. Этим сплетням была дана оценка как проявлению наследия кружковщины и влияния разлагающейся мелкой буржуазии, которые оказали существенное влияние на поколение, вышедшее из студенческого движения мая 1968 года (с его анархо-модернистской и левацкой идеологией).

4 Суд чести ИКТ, подобно Комиссии Дьюи, в своей работе опирался на научные методы анализа и проверки фактов. В архивах ИКТ хранятся все документы, относящиеся к его работе (протоколы, записи бесед со свидетелями и пр.).

5 На эту тему см. статьи: «XV Конгресс ИКТ: крепить ряды организации в текущий момент» («Ревю энтернасьональ», № 114; http://fr.internationalism.org/french/rint/114_xv_congress.html); «Полицейские методы ВФ ИКТ» («Ревю энтернасьональ», № 330; http://fr.internationalism.org/ri330/ficci.html); «Клевета и стукачество, два аспекта политики ВФ ИКТ по отношению к ИКТ» (http://fr.interationalism.org/icconline/2006_ficci).

6 Центральный орган ИКТ (равно как и суд чести) однозначно установил, что Устав нарушала не товарищ, подвергавшаяся травле, а именно те активисты, которые участвовали в кампании по ее очернению.

7 Сопротивление в наших рядах углублению дискуссии о морали коренится в слабости, изначально присущей ИКТ, как впрочем, и всем левокоммунистическим группам: первое поколение наших активистов в большинстве своем пренебрегало этой проблемой, которая даже не нашла отражение в уставе, как то предлагал товарищ Марк Хирик. Юные активисты тех лет относились к морали как к некому ярму, «продукту буржуазной идеологии» – настолько, что отдельные товарищи, пришедшие к нам из анархистских кругов, вообще требовали отринуть всяческие «табу»! Это свидетельствовало о достойном сожаления незнании истории человечества и развития его цивилизации.

8 См.: «Вниманию наших читателей: Нападки на ИКТ со стороны новой группировки, связанной с буржуазным государством».

9 Словно в подтверждение классовой природы этой атаки некий Пьер Гемпель опубликовал в своем блоге другие наши внутренние документы, переданные ему ВФ ИКТ. И спокойно прокомментировал этот факт: «Если бы подобный док[умент] мне передала полиция, я бы поблагодарил ее от имени пролетариата!» «Священный союз» наших противников (состоящий в значительной мере из переметнувшихся членов «товарищества бывших активистов ИКТ») прекрасно отдает себе отчет, к какому лагерю принадлежит!

10 Так уже было в начале кризиса 2001 г.: когда та же активистка выразила свое политическое несогласие с текстом, предложенным членом Международного секретариата ИКТ (по вопросу о централизации), это вызвало возмущение большинства его членов, которые, вместо того, чтобы открыть обсуждение и ответить на вопросы товарища, заглушили все споры и начали кампанию клеветы против нее, проводя тайные совещания и рассказывая членам французской секции и в Мексике, что товарищ, имеющая политические разногласия с членами центрального органа ИКТ, «устраивает бардак» и даже «стучит в полицию», как утверждали два бывших члена ВФ ИКТ Хуан и Джонас, которые являются одними из основателей МГЛК.

11 До сих пор МГЛК не дала внятных объяснений своим взаимоотношениям с этим течением, которое действует в партии Оливье Безансено. А молчание – знак согласия!